Читаем Вивьен Вествуд полностью

Пожалуй, основополагающим документом для зарождавшегося панка стала работа Ги Дебора «Общество спектакля». Она оказала огромное влияние на студентов школ искусств тех лет. Дебор был теоретиком, родоначальником Ситуационистского интернационала, основанного еще в начале 1950-х годов, но ставшего широко известным в Европе и отчасти в студенческой среде Америки лишь к концу 60-х. До некоторой степени «Общество спектакля» стало голосом и теоретической базой «Красного мая»[8] 1968 года в Париже, случившегося спустя несколько месяцев после рождения Джо. Впервые после революций 1840-х годов студенты и художники оказались способны свергнуть правительство и раздуть огонь перемен. Идеи ситуационистов гласили, что художники и мыслители несут моральную ответственность за то, чтобы сломать границы между «искусством» и «настоящей жизнью» и так избежать коммерциализации первого. Иными словами, художники и активисты должны были намеренно сбивать с толку зрителей и слушателей и в идеале выполнять роль агентов-провокаторов, устраивая вычурные и потенциально рискованные хэппенинги, которые являлись бы абсурдным отражением существующего положения вещей. Искусство и протесты должны были переместиться на улицы, не сдерживаемые никакими рамками. Привычная манера и структура была отвергнута, как отвергнуты были общепринятые художественные средства, строгая критика галерей и журналистов и академичность. Последователей ситуационистов легко узнать в любителях популярных нынче флешмобов, веселых и абсурдных, которые быстро организуются посредством социальных сетей. В конце 60-х организовать массовое действо было немного сложнее. Проводя ситуационистские хэппенинги, которые нельзя было назвать ни акцией протеста, ни искусством, ни уличным театром, Малкольм увлеченно смешивал сюрреализм, дадаизм и «наркоманскую» эстетику, популярную в те годы. Например, через месяц после рождения Джо Малкольму пришла в голову идея вместе с Фредом Верморелем и несколькими другими студентами-художниками переодеться в Санта-Клаусов и приступом взять отдел игрушек в универмаге «Harrods», а после раздать добычу. Немногие молодые отцы придумали бы столь анархичный ответ на коммерциализацию детства. Охранники целых полчаса разгоняли веселую толпу, и у нескольких счастливчиков, хотя и не у Джо, Рождество наступило раньше, а Малкольм впервые вдохнул пьянящий воздух славы: о нем написали в прессе, его поступок вызвал множество споров и создал ему дурную репутацию в художественных кругах.

Вивьен у магазина «Let It Rock», 1971

Пока Вивьен боролась за существование в Эйгберт-Мэншнс, Малкольм, благодаря цвету волос и политическим взглядам получивший прозвище Красный Малкольм, собрал вокруг себя толпу единомышленников – интересующихся политикой художников. Среди них были Джейми Рейд, художник-график, внесший большой вклад в иконографию панка, Фред Верморель, Робин Скотт, а позже Хелен Мининберг – все яростные радикалы, убежденные в том, что их акции должны быть революционными по амбициям и масштабу. Рейд организовал в Кройдоне местное издательство, а Верморель отправился в Париж, подбивая Малкольма поехать с ним, то ли несмотря на Вивьен и Джо, то ли ради них. И хотя Малкольм не мог или не хотел туда ехать вплоть до поворотных майских событий 1968 года, он перенял у Фреда несколько лозунгов, впервые прозвучавших в кампусе Школы изящных искусств на мятежном Левом берегу Сены, ставших впоследствии знаменитыми мантрами панка и появившихся на футболках Вивьен: «Будь разумным – требуй невозможного», «Под брусчаткой пляж», «Запрещается запрещать».

В те годы и в политике, и в искусстве бурлили страсти, и Малкольм желал быть к этому причастным – вместе с Вивьен и сыном или без них. «Меня воодушевляла идея вывести культуру на улицы и изменить течение жизни, использовать ее, чтобы внести смуту», – говорил Малкольм. Вивьен переняла эту мысль, и до сих пор она читается во многом, что Вивьен делает и проповедует: чтобы люди задумались, а мир стал другим, нужно заниматься искусством в открытую. А ее ситуационистское искусство – это одежда.

Ситуационизм во многом стал массовым как идея, как неотъемлемая часть современного искусства, причем еще задолго до шокирующей тактики Дэмиена Херста или Трейси Эмин, подруги Вивьен. К лучшему или к худшему, понятие искусства изменилось, а идеи и протест выражаются всевозможными способами. И хотя Малкольма с показным гедонистическим миром конца 60-х, созданным увлекавшимися политикой студентами, сейчас запросто поднимут на смех, наследие ситуационистов, сохранившееся благодаря Макларену, Вивьен и панк-культуре, сложно недооценить. Благодаря ситуационистам уличная мода проникла на подиум. Благодаря им же начали обсуждать художественную составляющую многих форм выражения протеста и своего «я». Кроме того, уже взаимосвязанные миры поп-музыки, искусства, графического дизайна и моды слились в один громкий рев неповиновения – панк.