Читаем Вивьен Вествуд полностью

От Вивьен все больше веет безмятежностью всеми любимой бабушки, как бы заявляющей: «Пожилым все можно». Национальному достоянию почти все сходит с рук, чем Вивьен активно пользуется. Не «соблюдая правила игры», выражаясь языком рекламщиков, она все же в итоге выигрывает, и Тайзер с Лорой Маккуэйг из пресс-службы больше не переживают из-за этого. «От нее это ожидаемо и ей позволено, – говорит Тайзер. – Вот только мне бы хотелось, чтобы она иногда хранила подарки – или не отправляла их обратно детям, говоря, что ей ничего не нужно… и не критиковала их рисунки». Друзья и знакомые не раз просили меня как-то объяснить ей, что ее редкие проявления грубости идут вразрез с ее поразительным великодушием и щедростью (она попросит меня сократить эту строчку), будь то широкая финансовая поддержка благих целей или привычка справляться о здоровье заболевших друзей и коллег и посылать им подарки. О ее благородных жестах ходят легенды и в мире моды, ведь она как глава торговой марки порой с невиданной щедростью делает подарки тем, кого считает своими поклонниками, или тем, кому, как, например, Тайзер, понадобились нештопаные колготки, или просто дарит любовь. «Я всегда стараюсь быть открытой и честной во всем, что делаю. Хотя иногда меня удивляет, что обо мне пишут, хотя сама я полагала, что вела себя очень вежливо. Но в основном мне плевать. Я пытаюсь думать так: «Что ж, зато эта статья только что принесла 10 000 фунтов на дождевые леса» – и пожимаю плечами. Чаще всего я просто испытываю благодарность за внимание к проблеме. В этом чувствуется определенный цинизм. Ты думаешь, что была вежливой, а пишут про грубость. Но недавно я заметила, что в основном ко мне относятся по-доброму. И я часто испытываю облегчение, когда вспоминаю, как мило пресса отреагировала на то, что я заявилась без трусиков в Букингемский дворец, и я за это очень благодарна».