Читаем Ветры Дарковера полностью

Они выехали за два часа до рассвета в плотном снегопаде, через некоторое время кузнецы на своих коренастых пони превратились в полярных медведей, их меховые одежды и попоны покрылись белым ковром. Баррон ехал рядом с Меллитой, но они не говорили, не нуждаясь в этом. Их новое чувство друг к другу лежало слишком глубоко для слов.

Но он ощущал ее страх - растущую озабоченность и чувство безнадежности от того, на что они посягали.

Вальдир говорил, что поклонение Шарре было запрещено очень давно, а Ларри с некоторым трудом разъяснил, что Боги на Дарковере являются физическими силами. Что может случиться? Преступление против древнего закона, должно быть, очень серьезная вещь - Меллита не из трусливых, но испугана почти до потери сознания.

Дезидерия в одиночестве возглавляла цепь. Она казалась странно маленькой, прямой и немного несчастной, и Баррон не задумываясь мог понять одиночество того, кому предстояло справиться с этими немыслимыми силами.

После перевала, впервые увидев в вышине огромную мрачную массу замка Сторн, он осознал, что уже видел ее зрением Сторна, летавшего в странной магической сети, приковывавшей его сознание к механической птице.

Может быть, это мне снилось?

Меллита потянулась и взяла его за руку. Она проговорила срывающимся голосом:

- Вот он. Если только мы успели... Сторн, Эдрик, Аллира - живы ли они?

Варрон без слов сжал ее руки. Даже если нет, я вечно буду с тобой, любимая.

Она слабо улыбнулась, но ничего не ответила.

Кузнецы спешились и двигались невидимыми, под прикрытием тьмы и скал, вверх по дороге к большим закрытым воротам Сторна. Баррон шел меж Дезидерией и Бросив последний напряженный взгляд наверх, на пустые стены замка, она кивнула: - Меллита, разведи огонь.

Из шелкового узелка Дезидерия извлекла большой голубой кристалл. Он был с детскую ладонь величиной, со странными огоньками и блестящими полосками в глубине.

Казалось, он тает, несмотря на твердые кристаллические грани, меняя форму и цвет.

Глаза ее - серые, огромные и немного нечеловеческие, встретились с глазами Баррона через огонь, и словно нить пртянулась меж ними. Он почти услышал ее мысленный голос - Помни!

Затем он ощутил позади себя интенсивное пульсирующее давление соединенное сознание племени кузнецов билось в его мозгу. Он отчаянно пытался совладать с этой новой атакой, дыхание ускорилось, лицо исказилось, прошли, казалось, века - хотя в действительности только секунды. Огонь осел, гнев, страх и отчаяние коснулись лица Дезидерии. И тогда Баррон внезапно понял - это было все равно, что схватить горсть сверкающих нитей, быстро сплести их в канат и кинуть Дезидерии. Он практически ощутил, как она подхватила его, словно большую сеть. Огонь вспыхнул вновь, ярко, наклонился, качнулся к Дезидерии...

И поглотил ее.

Баррон чуть не ахнул, и на краткий миг контакт прервался, но он вновь подхватил его. Внезапно он понял, что ему нельзя ошибаться, иначе этот странный, магический, вызванный силой мысли огонь выйдет из-под контроля и превратится в обычное пламя, которое пожрет Дезидсрию. Сжавшись в отчаянном напряжении, он ощутил внутренний вздох всех, стоявших за ним, степень их преклонения, а огонь играл вокруг худенькой девушки, спокойно стоявшей в омывающем ее пламени. Тело ее, ее легкая одежда, свободно распущенные волосы, казалось, дрожали в огне.

Краешком сознания, где-то на границе ощущений, Баррон услышал голоса и крики сверху, со стены, но не решился поднять глаз. Он отчаянно держал связь между девушкой в огне и племенем кузнецов.

Откуда-то прилетела стрела, кто-то вскрикнул сзади, невидимая нить порвалась и исчезла, но Баррон едва почувствовал это. Он понял, не вполне сознавая, что что-то разбудило замок, что люди Брайната знают, что подверглись непонятному нападению. Но сознание его замыкалось на Дезидерии.

Пламя взметнулось ввысь, за ним последовал громкий крик сзади. Дезидерия громко вскрикнула в удивлении и страхе, а затем перед глазами Баррона ее хрупкая, одетая пламенем фигура словно стремительно выросла, набрав рост, величие, силу. Кажется не худенькая девушка, но огромная неясная фигура стояла перед ними, взметнувшись на всю высоту укреплений замка, женская по форме, с волосами язычков пламени, развеваемых ветром, в огненных одеждах, с которых свисали пылающие золотом цепи.

Великий вздох-крик вырвался у племени кузнецов и столпившихся за ними деревенских.

- Шарра! Шарра! Пламеноволосая, огнекоронная, златоцепная. Шарра! Дитя Огня!

Огромная фигура высилась смеясь, разбросав руки и длинные пылающие локоны, в буйном ликовании. Баррон ощущал растущий напор огня, смутные мысли и эмоции поклонников, что истекали сквозь него к Дезидерии - в огненную фигуру, в Форму пламени.

Слабая мысль забилась где-то на границе сознания - не потому ли в Сухих Городах женщин заковывают в цепи?