Читаем Ветер над яром полностью

“А вот и представитель федеральной безопасности”, — не смог удержаться от улыбки Гюнтер.

Гюнтер закончил съемку, закрыл папку и убрал фоторамку в компьютер. Затем повернулся к коту. Кот сидел на прежнем месте, прикрыв передние лапы подрагивающим хвостом, и смотрел на Гюнтера, явно ожидая подачки.

— Вот так-то, киса! — проговорил Гюнтер, пряча комп-досье в карман.

Кот склонил голову набок, продолжая смотреть просящим взглядом. Гюнтер развел руками, мол, у него ничего нет, но кота это не удовлетворило. Тогда Гюнтер выставил вперед ногу, разрешая коту потереться о нее.

Кот благосклонно отнесся к такому предложению, но, едва носок туфли коснулся его, он внезапно ощерился и, вцепившись в туфлю когтями, рванул на себя. Рывок был страшен. Гюнтер упал, увлекая за собой стул, быстро подобрал ногу. Кот еще больше рассвирепел, ощетинившись шерстью, и прыгнул вперед. Но не долетел Словно кто-то невидимый поймал его, скомкал и швырнул на пол, причем настолько резко и неожиданно, что кот, вопреки известной кошачьей изворотливости, шлепнулся на спину. Впрочем, он тут же вскочил и разъяренно уставился на Гюнтера. С минуту его фосфоресцирующие глаза источали бешенство. Затем он фыркнул, отвернулся, брезгливо дернул лапой и, пробежав по комнате, вспрыгнул на стол. Откуда махнул в открытую форточку.

Гюнтер с трудом стряхнул оцепенение и перевел дух. Ну и котик! Котище, с приемами каратэ. Гюнтер сел, морщась, подтянул под себя ногу и осмотрел туфлю. Замшевый верх и каучуковая подошва были продраны насквозь.

Принялся растирать ногу, но тут его взгляд упал на меловую черту, и Гюнтер застыл, уставившись на нее. Перед глазами, как в замедленной киносъемке, на него снова прыгал громадный кот: вытянутое в струну атакующее тело неумолимо надвигалось, затем вдруг сминалось, распластываясь на невидимой преграде, и плашмя опрокидывалось рядом с нарисованным кругом…

“Только мистики мне здесь не хватало!” — разозлился Гюнтер и резко встал.

Боль в ступне согнула его пополам, и он, чуть не потеряв равновесие, схватился за опрокинутый стул. Застыв в неудобной позе, Гюнтер переждал, пока боль не утихла. Затем осторожно поднял стул и сел. Сидя, попробовал наступать на ногу. Ничего, терпимо.

“Теперь придется покупать новые туфли, — подумал он. — Вот тебе и привидения за пыльными гобеленами…”

В номере было тихо, спокойно и как-то аномально уютно. Будто ничего не случилось. Равнодушие вещей к происшествию всегда поражает человека и кажется противоестественным. Такая же глухая, ватная тишина стояла и по всей гостинице. Только в ушах все еще звенело от перенапряжения.

Нет, теперь так просто он отсюда не уедет. Слишком много тайн. Охотник без имени, кот с ошейником, бледнолицый портье…

Гюнтер нагнулся, взял портфель и положил к себе на колени. Затем снова достал из кармана комп-досье, извлек идентификатор и, соединив приборы гибким шнуром, стал снимать с ручки портфеля отпечатки пальцев. Отпечатки были двух человек, и по одним комп сразу же выдал ориентировку: “Гюнтер Шлей, тридцать семь лет, частный детектив, Брюкленд”. На другие отпечатки Гюнтер, не задумываясь, ввел в компьютер информацию: “Охотник из Таунда”. На картонной папке в листах дела были отпечатки еще одного человека. Этого третьего Гюнтер, немного подумав, занес в комп-досье как отпечатки “полицейского инспектора из Таунда”. Формулировку можно будет уточнить потом.

Закончив, он хотел отсоединить идентификатор и спрятать в карман, но передумал. Отставил портфель в сторону, опустился на колени и на всякий случай снял с паркета отпечатки лап кота. В том месте, где кот упал на спину, идентификатор уловил слабый запах животного, и Гюнтер зафиксировал и его. Только тогда он отсоединил идентификатор, но работа на этом еще не закончилась. Из обшлага рукава он извлек несколько “клопов” — мини-микрофонов-иголок, настроил их и стал растыкивать по вещам охотника, педантично занося номер каждого микрофона в комп-досье. Первого “клопа” Гюнтер вогнал в ручку портфеля, второго — под металлический зажим картонной папки, третьего — гибкого, пластикового — в плечико пиджака, висевшего в шкафу, и, наконец, четвертого внедрил в пористый каблук одной из пары туфель, стоявших на подставке для обуви. Вот теперь, кажется, все.

Внимательным взглядом Гюнтер окинул комнату, пододвинул стул на прежнее место и положил на него портфель. Подумал, не забыл ли чего-нибудь еще, и тогда опустил в память компа собранную информацию.

У двери Гюнтер еще раз обвел комнату взглядом и только тогда вышел, оставив дверь приоткрытой. Прихрамывая, он вернулся в свой номер, достал из сумки приемник и включил запись по четырем каналам, соответствующим расставленным микрофонам. Затем выложил из карманов всю аппаратуру в сумку и переобулся в шлепанцы. В обуви без задников хромота не так заметна.