Последняя фраза была характерна для Николая Эрастовича. Он никогда не стремился подчеркнуть или преувеличить заслуги армии, а тем более свои. Командарм в оценке успехов отдавал должное командованию фронта, соседним армиям, взаимодействовавшим и обеспечивавшим соединениям и частям. И на этот раз Н. Э. Берзарин отметил важную роль инженерного и авиационного обеспечения.

Инженерные войска армии во главе с генерал-майором Д. Т. Фурсой в Висло-Одерской операции проявили высокую оперативность и инициативу, буквально творили чудеса, обеспечивая форсирование шести значительных водных преград: рек Пилица, Бзура, Нетце, Драге, Одер и межозерья Гопло и Слесинское. В ходе наступления они построили 19 мостов грузоподъемностью до 60 тонн и общей протяженностью около километра, разминировали 1130 километров дорог и 48 населенных пунктов.

Авиационную поддержку войск нашей армии осуществляла 16-я воздушная армия во главе с генерал-полковником авиации С. И. Руденко, его заместителем по политчасти генерал-майором авиации А. С. Виноградовым, начальником штаба генерал-лейтенантом авиации П. И. Брайко. Для выполнения этой задачи были выделены 6-й штурмовой, 6-й истребительный авиационные корпуса, 9-я гвардейская и 241-я бомбардировочные авиационные дивизии. Прикрытие войск и тыловых объектов осуществлялось силами одной истребительной авиационной дивизии.

Советские летчики, несмотря на туманы, снегопады, метели, оттепели и низкую облачность, оказали существенную помощь 5-й ударной армии как в прорыве обороны врага, так и в развитии наступления от Вислы до Одера. Они совершили в наших интересах около полутора тысяч боевых вылетов. При подготовке операции и в ходе ее авиация явилась основным средством разведки противника.

С заседания Военного совета генералы и офицеры расходились в хорошем настроении, с сознанием успешно выполненного долга и стремлением приложить все силы для того, чтобы решить очередную задачу — удержать и расширить плацдарм на Одере.

Глава третья. Пылающий плацдарм

«Вызываю огонь на себя!» — Г. К. Жуков: «...Я всех вас прошу...» — Словом и делом. — Крепкий орешек. — И Кюстрин пал! — Задание Родины выполнено

По всей Восточной Германии несет свои воды одна из наиболее значительных транспортных артерий Европы — река Одер. Оперативное значение ее было исключительно велико. Она являлась последней крупной водной преградой на пути к Берлину. Гитлеровская пропаганда, призывая войска и немецкий народ усилить вооруженное сопротивление «восточному противнику», именовало Одер то воротами Берлина, то рекой судьбы Германии, то жизненной артерией страны. Командование вермахта лелеяло надежду, что именно здесь наконец-то удастся удержать и обескровить советские войска.

Февральские и мартовские бои на Одере были одними из самых упорных и кровопролитных, какие довелось вести воинам 5-й ударной армии на плацдармах. В течение почти двух месяцев металл и взрывчатка разносили в клочья человеческие тела, технику и строения, а бомбы и снаряды перепахивали землю, уничтожая все живое. Наши потери там были велики. Достаточно сказать, что 9-й стрелковый корпус потерял убитыми и ранеными на плацдарме с 1 по 10 февраля 3154 человека, тогда как в ходе наступления от Вислы до Одера с 14 по 31 января потери корпуса составляли 961 человек. И это объяснялось исключительно ожесточенным характером боев. Ведь, по существу, напряженные боевые действия всех соединений 5-й ударной, длившиеся более двух месяцев, представляли собой самостоятельную армейскую операцию по захвату, расширению и укреплению оперативного плацдарма 1-го Белорусского фронта.

Ставка Гитлера, обеспокоенная тем, что всего в 68 километрах от Берлина советские войска захватили часть западного берега Одера, стала с лихорадочной поспешностью перебрасывать в этот район подкрепления и резервы. Вражеские самолеты, бомбардируя и штурмуя наши позиции с малых высот, обрушивали на них тонны смертоносного груза. 2 и 3 февраля авиация противника сделала 5008 самолето-вылетов и нанесла 5-й ударной и ее соседям серьезный урон.

Помню, каким тревожным был для Военного совета армии день 2 февраля. На рассвете враг после мощного налета авиации нанес внезапный удар в полосе 248-й дивизии 9-го стрелкового корпуса. Из района западнее и юго-западнее Ортвига на 899-й стрелковый полк при поддержке 25 танков ринулось до полка фашистской мотопехоты, а на 902-й полк из района севернее Амт-Кинитца начали наступать до двух пехотных полков с 30 танками[8]. Не выдержав натиска превосходящих сил противника, наши войска оставили занятый рубеж. 899-й полк отошел на 4–5 километров за дамбу, а частью сил, оставив тылы и артиллерию, на восточный берег Одера. 902-й полк переместился в район Гросс Нойендорфа и, опираясь на его строения, в упорных боях с трудом удерживал этот населенный пункт.