Как и многие ушлые козаки, предки Вернадского сумели получить дворянство, придумав себе довольно сомнительную родословную: будто предками козаков Вернацких были польские шляхтичи, а те, в свою очередь, вели свой род от мальтийских рыцарей. В пышности эта родословная несколько уступает, скажем, известной нам родословной Косачей, но по «достоверности» вполне с ней сопоставима.

Вернадские хотя и русифицировались, однако не потеряли связь с Украиной. Сам Владимир Иванович родился в Петербурге, а детство провел в Малороссии. Мать пела ему украинские песни. Украинскую природу он всегда предпочитал великорусской, в подростковом возрасте считал себя украинцем и даже написал патриотическое стихотворение об этой стране. «Первые семейные рассказы, так западавшие в душу, воскрешали запорожскую вольницу, стародавние рыцарские времена»[1153].

Наконец, жена Владимира Ивановича, Наталья Старицкая, принадлежала к известному украинскому роду и приходилась дальней родственницей Михаилу Старицкому. Только Михаил и его дочери относились к миргородской ветви этого семейства, а Наталья – к полтавской. В доме своих полтавских родственников Вернадский и пережил лихолетье конца 1917-го – начала 1918-го.

И все же Вернадский был русский украинофил, а никак не «справжнiй» украинец: «…русская культура и ее широчайший рост – единственное наше спасение», – писал он с Украины своему ученику и большому ученому-геологу Александру Ферсману. Вернадский не мог и не хотел представить Украину без России, а потому и стремился поддержать связь двух народов не в политике, но в науке и культуре: «В Укр[аине] две задачи для меня: 1) объединение украинцев, <…> любящих русскую культуру, для них тоже родную, и 2) сохранять связь всех ученых и научно-учебных учреждений с русской культурой и аналогичной русской организацией, а не немецкой»[1154].

Украинскую академию создавал русский украинофил Вернадский. Разумеется, к работе в академии он хотел привлечь и ведущих украинских ученых. Планировал организацию в Киеве академических институтов: прикладной механики, геодезии, физики, даже демографии и экономики.

27 ноября 1918 года открылось первое общее собрание Украинской академии наук. Правда, из 26 академиков прибыли только восемь, но собрать кворум тогда было почти невозможно: на Украине снова шла Гражданская война, Киев находился в осаде. Вот эти восемь первых украинских академиков: А.Е.Крымский (востоковед, филолог); Н.И.Петров (искусствовед, филолог, историк церкви); Д.И.Багалей (историк); С.И.Смаль-Стоцкий (филолог, педагог); О.И.Левицкий (историк, этнограф); В.И.Вернадский (геохимик, биохимик, минеролог); С.П.Тимошенко (теоретическая механика); Н.Ф.Кащенко[1155] (зоолог).

Собравшиеся избрали президентом («головою» по-украински) новой академии самого Вернадского, вице-президентом стал харьковский историк Дмитрий Багалей. Ученым секретарем (эта должность называлась тогда «непременный секретарь») избрали феноменального востоковеда Агафангела Крымского, полиглота, который знал около шестидесяти языков. Председательствовал на том собрании профессор Киевской духовной академии и член-корреспондент Петербургской академии наук Николай Иванович Петров – богослов и филолог. Он был, между прочим, крестным отцом Михаила Афанасьевича Булгакова.

Одновременно Вернадский взялся за организацию Национальной библиотеки Украины. В Киев тогда свозили книги из разоренных имений. Они могли разойтись по частным собраниям, а могли просто пойти на бумагу для самокруток. Созданная Вернадским библиотека сберегла от гибели тысячи томов.

Дело Василенко и Вернадского оказалось самым долговечным и самым ценным из всего, что создавалось во времена Скоропадского. Украинская академия наук и Национальная библиотека Украины (сейчас она носит имя своего создателя – В.И.Вернадского) пережили и Скоропадского, и Петлюру, и Деникина, и даже большевиков.

Люди Украинской державы: гетман Скоропадский

История иногда насмехается над людьми, а иногда подает им знаки, позволяя предвидеть недалекое будущее.

В благословенном 1900 году в Зимнем дворце был костюмированный бал. Высокий и представительный поручик лейб-гвардии Кавалергардского полка Павел Скоропадский оделся гетманом Войска Запорожского, а его жена Александра Дурново, фрейлина и дочь генерала, «надела старинный богатый костюм южнорусской боярыни»[1156].

Скоропадский – аристократ, «блестящий светский офицер», «пан на всю губу»[1157]. Он принадлежал к той категории элиты, которой даже не завидуют. Чаще завидуют умным и деятельным людям, что собственными умом и талантом пробили себе дорогу, Скоропадский же был рожден богатым и знатным. Происхождение и состояние определили его карьеру в гвардии и при дворе. К тому же Александра Дурново была очень богатой невестой. Женившись, Скоропадский и вовсе стал магнатом. Кстати, женился он по любви. Счастливый брак, шестеро детей.