Читаем Весь Мегрэ. Том 2 полностью

Почему? Жозеф не воспринимал все случившееся слишком трагично. Он так привык к подобным ежедневным маленьким трагедиям, что событие это казалось ему не более серьезным, чем все остальные.

— Его посадят в тюрьму?

— Не надолго. Если докажут, что он не целился в Леони Бирар и, следовательно, не собирался ее убить.

— Он хотел только попугать ее.

— Я знаю. Вся деревня будет свидетельствовать в его пользу.

Подумав, мальчик подтвердил его мнение:

— Я думаю, что да: его все очень любят, несмотря ни на что. Он не виноват.

— В чем не виноват?

— Ни в чем.

Мегрэ уже спускался по лестнице, когда Жозеф окликнул его:

— Вы не хотите снять гипс с моей ноги?

— Пожалуй, лучше прислать тебе доктора.

— Вы пришлете его сейчас же?

— Если он у себя.

— Не забудьте.

И когда Мегрэ спустился вниз, услышал, как тот прошептал:

— Спасибо…

Он не пошел через кухню. Солнце уже спускалось за дома, от земли поднимался пар. Все три женщины по-прежнему неподвижно сидели за столом и молча посмотрели на комиссара, когда тот проходил мимо окна.

На церковной паперти священник беседовал с какой-то пожилой женщиной, и комиссару Мегрэ показалось, будто священнику хотелось подойти к нему и заговорить. Он тоже знал правду. Во время исповеди он узнал про ложь Марселя. Но он был единственный, кто имел право ничего не сказать.

Мегрэ поклонился ему, и священник взглянул на него с удивлением. Потом комиссар вошел в мэрию, где застал Даньелу, курившего в ожидании его сигару. Он вопросительно посмотрел на комиссара.

— Можете освободить учителя, — сказал Мегрэ.

— Это Жозеф?

Мегрэ отрицательно покачал головой.

— Кто?

— Его отец. Марселин.

— Значит, мне следует его арестовать?

— Я должен сначала сказать ему два слова.

— Марселин признался?

— Он в таком состоянии, что ни в чем не может признаться. Если хотите, пойдемте со мной…

Они направились к гостинице, но Мегрэ вспомнил о своем обещании и пошел к дому доктора. Позвонил.

Дверь открыла его сестра.

— Доктор дома?

— Он только что уехал к больной.

— Когда он вернется, скажите ему, чтобы он сходил к Жозефу и снял с ноги гипс.

Она тоже подумала, что виновник — Жозеф. Лейтенант Даньелу ждал его у дверей гостиницы Луи. На улице никого не было. Несколько посетителей все еще сидели за столами.

— Где Марселин? — спросил Мегрэ у Терезы.

Он нарочно говорил довольно громко: пусть-ка и Тео послушает! Теперь и комиссар в свою очередь хитро посмотрел на полицейского. Тео спокойно принял свое поражение. Вместо того чтобы рассердиться, он пожал плечами, как бы говоря: «Тем хуже! Это не моя вина…»

— В комнате слева от лестницы, господин Мегрэ.

Мегрэ один поднялся наверх и открыл дверь. Разбуженный шумом, мясник приподнялся на кровати, сел и уставился на него бессмысленным взглядом.

— Что вам от меня надо? — пробормотал он заспанным голосом. — Который час?

— Пять.

Он спустил обе ноги на пол, потер глаза, лицо. От него разило вином.

— Марселин, лейтенант ждет тебя внизу.

— Меня? Зачем? Что я сделал плохого?

— Он сам тебе скажет.

— Вы были у меня дома?

Мегрэ не ответил.

— Вы мучили моего мальчишку? — спросил мясник заспанным голосом.

— Вставай, Марселин.

— Встану, если сам захочу…

Волосы у него были всклокочены, взгляд тяжелый.

— А вы, оказывается, хитрец! Небось довольны собой… Мучить детей — вот зачем вы сюда явились!.. Вот за какую работу правительство вам платит!..

— Идем вниз.

— Не смейте ко мне прикасаться!

Встав наконец на ноги и раскачиваясь во все стороны, он рычал:

— Все это только потому, что учитель — грамотный… Он тоже получает денежки от плательщиков налогов…

Чтобы выразить свое презрение, он плюнул на пол, направился к двери и чуть не упал на лестнице.

— Луи, стакан перно! — выкрикнул он, добравшись до стойки.

Ему очень хотелось уйти с шиком. Пытаясь посмеиваться, он смотрел на всех окружающих.

Луи взглядом спросил у Мегрэ, следует ли ему подать требуемый стакан, и комиссар знаком дал понять, что ему это безразлично.

Марселин залпом выпил вино, вытер губы и, повернувшись к Тео, бросил:

— Все-таки она получила свое, проклятая!

— Не болтай вздора! — пробормотал полицейский, смотря в карты, которые держал в руке.

— Может, она не получила своего?

— Ты это сделал не нарочно. Ведь ты не можешь попасть в быка на расстоянии тридцати метров.

— Так все-таки она получила свое? Да или нет?

— Да, она получила! А теперь замолчи.

Тут вмешался лейтенант:

— Следуй за мной, иначе я надену на тебя наручники.

Марселин продолжал буянить.

— Как вам будет угодно.

Блеснули наручники и сомкнулись на запястьях мясника.

— Видели вы что-нибудь подобное?!

Выходя из комнаты, он споткнулся о порог. Немного погодя слышно было, как хлопнула дверца полицейской машины.

В комнате воцарилось молчание. Пахло вином, плотный дым колыхался перед лампой. Ее уже зажгли, хотя было еще светло. Через полчаса совсем стемнеет, и в деревне видны будут лишь тускло мерцающие пятна окон, две-три плохо освещенные витрины да чья-то тень, робко пробирающаяся вдоль домов…

— Приготовьте мне счет, — буркнул Мегрэ.

— Вы прямо сейчас поедете?

— Вечерним поездом.

Остальные по-прежнему молчали.

— Как бы мне вызвать такси?