Читаем Весь Мегрэ. Том 2 полностью

Мегрэ, не ответив, тоже стал искать шляпу.

— Подожди минуточку. Мне надо с тобой перемолвиться парочкой слов. Но сначала надо покончить с этим. Тем хуже, если я ошибаюсь.

Он открыл правый ящик стола, взял там напечатанный бланк и начал его заполнять, в то время как Шабирон бросил на Мегрэ более чем когда-либо до этого насмешливый взгляд.

Итак, этот раунд выиграли Шабирон и мелкотравчатый комиссар. Ибо формуляр был постановлением о задержании. Шабо все же ещё на мгновение замешкался, ставя под ним подпись и прилагая печать.

Потом он застыл в нерешительности, кому из двух полицейских следовало его вручать. Такого крупного события в Фонтенэ до сих ещё не происходило.

— Полагаю…

И наконец:

— В общем ступайте вы оба. И сделайте все, как можно тише и незаметнее, чтобы избежать каких-либо нежелательных проявлений настроения со стороны населения. Возьмите лучше машину.

— У меня есть своя, — рявкнул Шабирон.

Момент был неприятным. Можно было бы сказать, что на какое-то время каждому из них стало немного стыдно. И, возможно, не от того, что они сомневались в виновности доктора, — в этом они были почти уверены — а потому, что в глубине души понимали, что поступают так не по этой причине, а из-за боязни общественного мнения.

— Держите меня в курсе, — тихо произнес прокурор, уходивший первым, и добавил:

— Если не найдете дома, звоните родителям жены.

Он намеревался остаток воскресного дня в семейном кругу. Ферон и Шабирон вышли в свою очередь, при этом задохлик-комиссар предварительно тщательно сложил ордер на арест и спрятал его в бумажник.

Но Шабирон, выглянув по пути из окна коридора, счел нужным вернуться, чтобы осведомиться:

— Как быть с журналистами?

— Пока ничего им не говорите. А сами поезжайте сначала в центр города. Скажите газетчикам, что через полчаса я сделаю заявление для прессы, и они от вас отвяжутся.

— А его привезти сюда?

— Нет, прямо в тюрьму. Если вдруг толпа вознамерится устроить над ним самосуд, то там будет легче обеспечить его безопасность.

Все это заняло немало времени. А сейчас они наконец-то остались вдвоем. Шабо не выглядел человеком, испытывавшим гордость за принятое и решение.

— Что ты обо всем этом думаешь? — решился он спросить. — Считаешь, что я поступил неправильно?

— Я боюсь, — признался комиссар, покуривая с мрачным видом трубку.

— Чего?

Он не ответил.

— По совести, я не могу занять иную позицию.

— Знаю. Но я не это имею в виду.

— Тогда что же?

Мегрэ не хотел признаться, что его тяготило поведение этого комиссар-недомерка по отношению к Луизе Сабати.

Шабо взглянул на часы.

— Через тридцать минут все кончится. И мы сможем заняться его допросом.

Мегрэ по-прежнему хранил молчание, он выглядел как человек, обдумывающие бог ведает какую таинственную мысль.

— Почему ты не рассказал мне вчера вечером о своей встрече

— С Сабати?

— Да.

— Чтобы избежать того, что сейчас произошло.

— Но это, тем не менее, случилось.

— Увы. Я не предусмотрел, что Ферон займется этим вопросом.

— Письмо у тебя?

— Какое?

— Та анонимка, что я получил насчет этой девицы и передал тебе. Теперь я обязан приобщить её к делу.

Мегрэ пошарил в кармане, нашел записку — истрепанную, все ещё влажную от вчерашнего дождя — и уронил её на стол.

— Взгляни, пожалуйста, не увязались ли репортеры за полицейскими?

Он подошел к окну и выглянул. Журналисты и фотографы кучковались на прежнем месте и, судя по всему, ожидали какого-то события.

— У тебя часы показывают верное время?

— Сейчас пять минут первого.

Ни один из них не слышал полуденного звона колоколов. При закрытых дверях они как бы находились в подземелье, куда не проникал ни один лучик солнца.

— Ломаю голову над тем, как он прореагирует. А также, что его отец…

Резко зазвонил телефон. На Шабо это так подействовало, что он какое-то время не осмеливался взять трубку, но все же в конце концов решился, глядя в оба на Мегрэ:

— Алло…

Его лоб сморщился, брови сдвинулись.

— Вы уверены в этом?

Мегрэ слышал какие-то отрывистые голоса, срывавшиеся с мембраны, но не мог различить ни слова. Было, однако, ясно, что говорил Шабирон.

— Вы обыскали весь дом? Где вы сейчас находитесь? Хорошо. Да. Оставайтесь там. Я…

Он встревоженно провел рукой по начавшему лысеть черепу.

— Позвоню через пару минут.

Едва он повесил трубку, как Мегрэ скупо обронил всего два слова:

— Нет дома?

— Ты ожидал этого?

И поскольку комиссар продолжал угрюмо молчать, добавил:

— Мы уверены, что он вернулся к себе вчера вечером сразу же после того как расстался с тобой. Ночь провел в своей комнате. Сегодня рано утром попросил принести ему чашку кофе.

— И газеты.

— У нас в воскресенье они не выходят.

— С кем он разговаривал?

— Еще не знаю. Ферон и инспектор сейчас в особняке и расспрашивают прислугу. Чуть позже десяти часов вся семья, за исключением Алена, отправилась на мессу на автомашине, которую вел дворецкий.

— Я видел их.