Читаем Весь Мегрэ. Том 2 полностью

А револьверы, оттягивающие ремни шерифов, приводили Мегрэ прямо-таки в восторг: точь-в-точь такие же он в детстве видел в кино у героев вестернов.

— Хэлло! Присяжные! — крикнул Иезекииль, словно школьный учитель, созывающий ребятишек.

Он хлопнул в ладоши, выбил о каблук трубку и краем глаза глянул на Мегрэ.

Но Мегрэ был уже не новичок. Он уселся на свое место; в прошлый раз, сам того не желая, он разделил Хэролда Митчелла, брата Бесси, у которого фурункул под ухом, и Эрну Болтон, но сейчас они устроились рядом и вполголоса беседовали между собой.

Правда, слушая показания о выпитом пиве и виски и о близости раз в неделю, Мегрэ еще не понял, был ли кто-нибудь убит. Механизм расследования, проводимого коронером, — вот единственное, что он более или менее представлял себе, да и то лишь потому, что присутствовал на подобных процессах в Англии.

Тихо, почти что с робостью сержант Уорд занял свое место на стуле для свидетелей. Иезекииль опять вступил в борьбу с вентилятором, а коронер с безразличным видом принялся за выяснение фактов.

— Вы остановили машину почти в восьми милях от города, неподалеку от муниципального аэродрома. Зачем?

— Чтобы оправиться, сэр.

Мегрэ сперва не понял. Хорошо еще, что Уорд ответил очень тихо и его попросили повторить; только краска смущения, появившаяся на лице этого здоровенного детины, помогла комиссару догадаться.

Видно, Уорд не сумел найти иных приличных слов, чтобы сообщить, что им нужно было помочиться.

— Из машины вылезли все?

— Да, сэр. Я отошел от нее футов на двадцать.

— Один?

— Нет, сэр. С ним.

И Уорд опять кивнул на Маллинза; очевидно, он имел против него зуб.

— Вы не знаете, где в это время была Бесси?

— Думаю, она тоже отошла.

Понятно, после двадцати бутылок пива на брата им это было просто необходимо.

— В котором это было часу?

— Думаю, между тремя и половиной четвертого. Точно не могу сказать.

— Вы видели Бесси, когда вернулись назад к машине?

— Нет, сэр.

— А Маллинза?

— Он вернулся через несколько минут после меня.

— Откуда?

— Не знаю.

— Что вы сказали своим приятелям?

— Я сказал: «Пошла она к черту! Это ей наука!»

— Почему вы так сказали?

— Потому что она уже выкидывала такие штучки.

— Какие?

— Сбегала от меня, не сказав ни слова.

— И вы поехали назад?

— Да. Проехав футов триста в направлении Тусона, я остановился и вышел из машины.

— Почему?

— Я надеялся, может, она надумает вернуться, и хотел дать ей эту возможность.

— Она была пьяна?

— Да, сэр. Но ведь ей и раньше случалось напиваться. В этот раз она еще соображала, что делает.

— Куда вы пошли, выйдя из машины?

— К железнодорожной линии. Она проходит в пустыне вдоль шоссе, футах в ста пятидесяти от него.

— На насыпь поднимались?

— Да, сэр. Я прошел футов триста, почти до того места, где Бесси нас бросила, и кричал ее по имени.

— Громко?

— Да. Но не нашел ее, и она не отозвалась. Я решил, что она хочет меня позлить.

— И тогда вы вернулись к машине. А ваши приятели вам ничего не сказали, увидев, что вы включаете двигатель и трогаетесь в Тусон, оставив Бесси в пустыне?

— Нет, сэр.

— Скажите, по-вашему, бросить женщину среди ночи в пустыне это по-джентельменски?

Уорд не ответил. Он стоял, опустив голову.

— Вы сразу же вернулись к себе на базу?

Дейвис-Моггген, одна из основных баз бомбардировщиков В—29, находилась в десяти километрах от Тусона, но в противоположном направлении.

— Нет, сэр. Я подвез троих моих приятелей в город к автобусной остановке.

— Один, значит, остался с вами. Кто?

— Сержант Маллинз.

— Зачем?

— Я хотел поискать Бесси.

— Вы вернулись на ногалесское шоссе?

— Да, сэр. Я затормозил почти на том же месте, где мы стояли в тот раз.

— Вы ходили к железной дороге?

Уорд ответил не сразу.

— Нет. Вроде бы, нет. Я просто не помню, чтобы вылезал из машины.

— Что же вы делали?

— Не знаю. Я очнулся и увидел, что лежу головой на руле, машина развернута к Тусону, а перед ней торчит телеграфный столб. Как сейчас помню: телеграфный столб, а рядом с ним кактус.

— Маллинз был с вами?

— Да. Он сидел рядом и спал, свесив голову на грудь.

— Короче говоря, вы, если я вас правильно понял, не помните, что происходило с вами до вашего пробуждения перед телеграфным столбом?

По тому, как дрогнули губы Уорда, Мегрэ догадался: сейчас сержант сообщит нечто очень важное.

— Да, сэр. Мне вкатили наркотик.

— Вы хотите сказать, что не были пьяны?

— Мне часто случалось выпивать столько же, а то и больше, но я ни разу не отключался. Я вообще никогда не отключаюсь. Себя я знаю. Той ночью мне вкатили наркотик.

— Вы подозреваете, что вам что-то подсыпали в стакан?

— Или дали сигарету с наркотиком. Очухавшись, я машинально полез в карман за сигаретами и вытащил «Кэмел», а я курю только «Честерфилд». Выкурил сигарету из этой пачки и снова отключился, во второй раз.

— Маллинз при этом присутствовал?

— Да.

— Вы подозреваете, что это Маллинз подсунул вам в карман сигареты с наркотиком?

— Может, и он.

— Очнувшись, вы говорили с ним об этом?

— Нет. Я поехал домой. Живу я в городе с женой и детьми. Маллинз пошел ко мне. Я бросил ему подушку на диван и сказал, чтобы он ложился. Сам я тоже уснул.

— Сколько времени вы спали?