Читаем Весь Мегрэ. Том 2 полностью

Леша, который не совсем понял, все же задумчиво спросил:

— Что это может значить, шеф?

Мегрэ не ответил. Он принял как можно более добродушный вид, когда инспектор Скотленд-Ярда посмотрел ему в глаза.

Поль стал извиняться, как принято. Полит больше не появлялся, его вывели через заднюю дверь. Сегодня он будет расхаживать с геройским видом.

Ясно было одно: Филипп не стал защищаться. Лицо его на мгновение выразило страх, физический страх, который зарождается в глубине живота и преодолеть который он был не в силах.

После этого он беспрестанно пил, мрачно глядя перед собой, и в конце концов м-с Уилкокс увела его.

Больше ничего не произошло. Шарло со своей танцовщицей пошли спать довольно рано, и, когда Мегрэ тоже поднялся к себе в комнату, они еще не заснули. Жинетта и г-н Эмиль вполголоса болтали между собой. Никто больше не поставил всем выпить — может быть, из-за недавнего происшествия?

— Входи, Леша! — крикнул комиссар через дверь.

Инспектор был уже готов.

— Мистер Пайк пошел купаться?

— Он внизу, ест яичницу с беконом. Я ходил смотреть, как отчаливает «Баклан».

— Не заметил ничего особенного?

— Ничего. По воскресеньям сюда приезжает много народу из Йера и Тулона. Все устремляются на пляжи и усеивают их банками от сардин и пустыми бутылками. Через час начнется высадка.

Сведения из Остенде не дали ничего неожиданного. Г-н Бебельманс, отец Анны, оказался важной персоной: долго был мэром города и однажды даже выставил свою кандидатуру на выборах в Национальное собрание. После отъезда дочери запретил произносить при нем ее имя. Когда умерла его жена, Анне даже не сообщили об этом.

— Можно сказать, что здесь встречаются все, кто по той или иной причине сбился с пути, — заметил Мегрэ, надевая пиджак.

— Дело скорее в здешнем климате, — возразил инспектор, которого мало тревожили подобные вопросы. — Я сегодня уже проверил один револьвер.

Леша добросовестно выполнял свои обязанности. Выяснил, у кого на острове есть револьверы. И по очереди ходил к этим людям, осматривая их оружие, не особенно надеясь что-нибудь выяснить, а просто потому, что так уж положено.

— Что сегодня будем делать?

Мегрэ, направлявшийся к двери, медлил с ответом.

Они спустились к м-ру Пайку, сидевшему за столиком.

— Я полагаю, вы протестант? — осведомился Мегрэ. — В таком случае, вы не пойдете к воскресной обедне?

— Я протестант, и я уже был у заутрени.

Будь здесь только синагога, он, может быть, точно так же пошел бы туда, чтобы присутствовать на какой угодно церковной службе, потому что было воскресенье.

— Не знаю, захотите ли вы пойти со мной. Сейчас я должен посетить одну даму, с которой вы не очень любите встречаться.

— Вы пойдете на яхту?

Мегрэ кивнул головой, и м-р Пайк отодвинув свою тарелку, взял соломенную шляпу, которую купил накануне в лавке мэра, потому что он уже обжегся на солнце и лицо у него стало почти таким же красным, как у майора.

— Вы идете со мной?

— Может быть, вам понадобится переводчик.

— Мне тоже идти? — спросил Леша.

— Да, я хотел бы, чтоб и ты пошел. Ты умеешь грести?

— Я же родился на берегу моря.

Они зашагали к гавани. Инспектор попросил у одного из рыбаков разрешения воспользоваться шлюпкой, и все трое уселись в нее. Им было видно, как Анна и де Греф завтракают на палубе своей лодочки.

По случаю воскресенья море тоже принарядилось, оделось в муаровый атлас, и с каждым ударом весел на солнце сверкали жемчужины. «Баклан» стоял по другую сторону пролива у мыса Жьен, дожидаясь выходивших из автобуса пассажиров. Видно было дно моря, лиловые морские ежи в углублениях скал, иногда стрелой проносились морские окуни; колокола призывали к воскресной обедне, и во всех домах, наверное, пахло кофе и духами, которыми женщины опрыскивали выходные платья.

«Северная звезда» показалась Мегрэ и его спутникам гораздо больше и выше, когда они подплыли к ней вплотную; Леша запрокинул голову и окликнул:

— Эй, на яхте!

Прошло несколько минут, пока через борт не перегнулся матрос, одна щека которого была покрыта мыльной пеной: в руке он держал бритву.

— Можно видеть вашу хозяйку?

— А вы не можете вернуться сюда через час или два?

М-ру Пайку, видимо, стало неловко; Мегрэ помолчал немного, думая о «бабушке».

— Если можно, мы подождем на палубе, — сказал он матросу. — Поднимайся, Леша.

Один за другим они поднялись по трапу. На палубном тенте были иллюминаторы, вделанные в медные кольца, и Мегрэ заметил, что к одному из них на мгновение прильнуло женское лицо, которое затем исчезло в полумраке.

Еще через секунду открылся люк, ведущий в каюту, и показалась голова Филиппа с растрепанной шевелюрой, с глазами, еще припухшими от сна.

— Что вам нужно? — с неудовольствием спросил он.

— Поговорить с миссис Уилкокс.

— Она еще спит.

— Это неправда. Я ее видел.

На Филиппе была шелковая пижама в голубую полоску. Чтобы попасть в каюты, нужно было спуститься на несколько ступеней, и Мегрэ, неповоротливый и упрямый, не стал дожидаться приглашения.

— Вы позволите?