— Дриады славятся более чем свободными нравами, а эльфы тоже мужчины. Даже Верховные. Пропажу артефакта обнаружили только на пятые сутки после прибытия дриадского посольства, когда утверждать что-либо наверняка было весьма затруднительно. Делирна же не любит… не любила полагаться на слухи и сплетни.

— А мы, выходит, любим? — скептически почесал нос колдун.

— Да — когда это всё, что у нас есть. Кстати, Алайна клянется, что никакого жезла плодородия у Правителя Града не брала и даже не видела. «Ну, по крайней мере такого, что можно было бы взять на вынос», — томным голосом процитировала я дриаду.

— Тогда откуда она вообще о нем узнала?

— Ллиотарэль сам ей накануне рассказал, что в тайнике в его покоях хранится уникальная эльфийская реликвия, изготовленная древними мастерами еще пять тысяч лет назад по давно утерянной технологии. Я в магии ничего не понимаю, так что просто перескажу объяснение Ларрины своими словами, а ты уж сам разбирайся и додумывай, — на всякий случай предупредила я. — Так вот, в отличие от дриад, почти не вмешивающихся в естественный рост и цикл растений, эльфы обожают экспериментировать с живой природой: всякие там деревья-великаны, домики из живых ветвей, цветы размером с капустный кочан на травяном стебле, больше нигде не растущие, а для создания этого великолепия требуется нешуточная магическая сила. Ее-то жезл и концентрирует — одним его взмахом можно за считаные минуты вырастить целую рощу. Пользуются, правда, им редко, но для поддержания уже созданных чудес артефакт должен постоянно храниться в Граде. К тому же помимо вышеупомянутых ценных качеств жезл создает вокруг себя мощное магическое поле, благотворно влияющее на… эээ… плодородие местного масштаба. Вот любопытная дриада и согласилась испытать его силу.

— И как? — живо заинтересовался мужчина.

— Судя по ее словам, той ночью артефакт еще находился в тайнике. Так что расстались они вполне довольные друг другом, никакого повода для ссоры у них не было. А когда эльфы направили Делирне гневную ноту, в ней в первую очередь упоминалось имя Алайны. Вот дриада и заключила, что пропал именно жезл.

— В покоях Верховного эльфа могло храниться несколько артефактов. — Колдун не опровергал мою версию, просто размышлял вслух. — К тому же дриадское посольство вряд ли бы ограничилось посещением спальни Ллиотарэля, их наверняка водили по всему Граду.

— Ну, пойди спроси у него сам. Полагаю, через три-четыре часа витиеватых намеков и подобострастных извинений в нашей бестактности вы доберетесь до сути вопроса, о церемониальнейший из занудных колдунов.

— Хорошая идея, — спокойно согласился Верес и, с отвращением поглядев на валяющиеся у кровати сапоги, снова их натянул и вышел из комнаты. Я безнадежно покачала головой, прикидывая, подождать его здесь или вернуться к себе, но управился колдун на удивление быстро, за каких-то пять минут.

— А ты всё-таки умница! — одобрительно заметил он и, прежде чем я успела переварить это сенсационное заявление, продолжил: — Кажется, мы на верном пути. Я подловил Ллиотарэля одного на балюстраде и, не вдаваясь в подробности, заговорщическим тоном попросил у него ключ от места преступления. Наш эльф слегка изменился в лице и тут же вытащил из кармана вот это. — Верес поднял руку и торжествующе прокрутил на пальце колечко с издырявленной платиновой пластинкой. — Значит, украден именно жезл, а других тайников в его спальне нет, иначе одних бы нас туда не пустили.

— Может, еще и не пустят. — Эх, разумничалась на свою голову! Ну кто меня за язык тянул, когда после ночного боя, дороги и аудиенции он остался единственной неноющей мышцей во всём теле?!

— Давай проверим. — Верес наклонился за мечом, еле заметно вздрогнув от стрельнувшей в поясницу боли.

Вот этим враги и отличаются от друзей. Себя не пожалеют, лишь бы тебе гадость доставить!

Глава 10

Надежда, что нам всё-таки дадут от ворот поворот и я с чистой совестью отправлюсь на заслуженный отдых, увы, не оправдалась. При входе в жилое крыло дворца у нас, правда, потребовали некий пароль, но платиновая пластинка вполне его заменила. У самой же спальни никого не было, так что Вересу пришлось повозиться, отыскивая замаскированную скважину.

Галантно пропустив меня вперед (дабы убедиться, что за порогом нет никаких ловушек), колдун закрыл дверь изнутри и приступил к осмотру комнаты. Большую ее часть занимали книжные полки с педантично выстроенными по цвету и размеру манускриптами, при виде которых у Вереса только что слюнки не потекли. Он зачарованно выдвинул один, другой, пролистал на весу третий и так горестно застонал, что у меня аж сердце защемило.

— Такого даже в библиотеке Ковена нет!

— Проблем-то, возьми да перепиши.

Колдун с сожалением закрыл едва удерживаемый на весу фолиант и бережно поставил обратно, наверняка вообразив себя седовласым старцем, благоговейно ставящим последнюю точку и тут же испускающим дух на руках благодарных потомков.