Читаем Верняк полностью

– Гораздо важнее, что делаешь здесь ты, несчастный чертов сукин сын.

– О, я обещал бедному Моррейну доставить сюда его прибор, – сказал я. – Почему-то он очень о нем беспокоится.

И я сделал вид, что совсем устал и замучился, и тяжело задышал, даже закряхтел, чтобы показать, как мне тяжко, и стал на весу перебирать руками под днищем, якобы устраивая его поудобнее. Затем резко проговорил:

– Но если вы будете продолжать обзывать меня... вы, чертов сукин сын... или подойдете на шаг ближе, я возьму этот магнетика, этот хода... что-то... короче, вот эту самую штуковину, и изо всей силы шмякну ее об асфальт.

– Не-ет!

Он закричал. Это "нет" звучало протяжно и очень громко. Я думаю, он начал было строить фразу типа: "Не делайте этого..." или чего-то похожего. Не важно, но с этого момента я почувствовал себя королем. Моя догадка превратилась теперь в полную уверенность, что Трапмэн и не подумал бы стрелять в Девина Моррейна, пока не появилась бы возможность этого. Пока бесценный "ящик" не оказался бы в безопасности на земле. Потому что ради обладания им все и было задумано и проделано. И это его "Не-ет" окончательно убедило меня в моей правоте.

Поэтому я начал разговаривать с ним, демонстрируя удивительную силу, так как продолжал держать "черный ящик" достаточно высоко. Я выложил ему все, что я знал, и все, о чем догадывался, а он внимал мне кротко, как младенец. Попутно я задал ему пару вопросов, но первое, что он произнес, когда я умолк, было:

– О'кей, ты закончил свою болтовню. Теперь поставь "ящик" на землю, только осторожно. Или...

– Конечно. Я поставлю его на землю, и тогда вы сразу же пристрелите меня, верно?

– Я хоть сейчас пристрелю тебя, чертов...

– Полегче, Трапмэн. И будьте благоразумны. Ответьте на несколько не слишком важных вопросов, которые я вам задал, удовлетворите мое праздное любопытство, и я избавлюсь от этой штуки. Я действительно это сделаю. Даю слово. А потом, черт возьми, выведу вас на чистую воду. Вы понимаете или нет?

Он медленно сказал:

– Так ты это сделаешь? Без дураков?

– Я дал слово, Трапмэн.

– Ты осторожно поставишь его на землю, да?

Этого я мерзавцу не говорил. Я лишь сказал, что избавлюсь от этой штуки. А если он не слишком внимательно меня слушал, то я-то тут при чем?

Я воинственно сказал:

– Вы что, не слышали меня, Трапмэн?

– О'кей. Поверю твоему слову, Скотт. Но если ты лжешь, если это какой-то фокус, то Богом клянусь, я всажу в тебя все шесть пуль.

– Фокус? Вы так подозрительны...

Но я тотчас же замолчал, потому что он начал говорить.

– Ты и этот несчастный Уилфер, вы знаете только, что я убил Риддла... Но это была... самозащита. Негодяй проявил алчность, показал себя полностью. Как бы то ни было, но для нас единственной надеждой поиметь хоть что-нибудь с этой скважины было одно: проложить трубы через владения Риддла. Ты вчера меня спрашивал, почему я не заключил с Риддлом письменного соглашения. Заключил, можете смело закладывать задницу. И сделал это еще до того, как начал бурить. Но когда нефть из нее просто поперла, меня зло взяло: неужели такие деньги – и все этому дерьму Уилферу? Нет, только не из моей скважины, думаю. Сговорились мы с Риддлом и решили порвать письменное соглашение. И я заявил Уилферу и его компаньонам, что никакого документа нет и не было, а была только устная договоренность, но, мол, сейчас Риддл даже и слушать не хочет ни о каких трубах на своей земле. Риддл готов был подтвердить мои слова. Таким образом, я мог не торопиться с разработкой скважины, и тянул время в надежде, что заказчикам надоест ждать, и они захотят выйти из дела. Черт, я заплатил Риддлу десять тысяч своих собственных денег, больше, чем он заслуживал! Но в среду вечером у меня дома он попытался выдоить из меня еще, он сказал, что или я раскошелюсь, или он расскажет о нашей сделке, и... Ну, он довел меня... Мне пришлось его застрелить.

Это пресмыкающееся лгало даже тогда, когда исповедовалось. Я не сомневался, что большая часть из того, что он рассказал, была правдой, включая, вероятно, и попытку Риддла выжать из него деньги. Но то, что касалось самозащиты, было ложью, и я это знал, что, возможно, могло удивить Трапмэна. Для него у меня были в запасе еще сюрпризы – парочка, не больше. Но мне не хотелось его перебивать, раз уж он так разговорился.

– Потом мне надо было от него избавиться, и я свалил тело в строящийся колодец поблизости от его дома. Я посчитал, что меня невозможно связать с этой смертью. Никаких доказательств, никаких свидетелей, ничего. Пройдет денек-другой и...

Он прервал свой рассказ. Помолчав, добавил:

– Видишь, я был вынужден застрелить его. Не мог этого не сделать.

Потом продолжил: