Читаем Верняк полностью

– Черт возьми! – сказал я и поощрительно добавил: – Давайте, давайте!

И тут в первый раз они обратили на меня внимание. Точнее, не на меня, а на знак, который я сделал им руками. И, конечно же, ничего не поняли.

Они застыли. Ушло, прекратилось одушевлявшее их движение.

– Ну вы, куколки! – проговорил я резко. – Давайте продолжайте. Действуйте!

И снова махнул им рукой.

Но это не помогло. Они больше не резвились – просто лежали на своем водяном ложе и молчали.

И все-таки раскинувшиеся передо мной прелестницы – это не самое худшее, что можно себе представить. А главное, внимание всех шестерых наконец-то было приковано ко мне. Поэтому я решил обратиться к ним с короткой речью, которая пришла мне а голову. Кто знает, встретимся ли мы еще раз – на банкете или каком-либо другом сборище?

– Сударыни, – начал я, – забыл вам сообщить одну вещь, а это очень важно. Знайте, что я, ваш благодетель, ваш спаситель, ваш избавитель и так далее. Я – Шелл Скотт. Шелл Скотт, – повторил я. – Может быть, это имя ничего не значит для вас, но запомните его на всякий случай, ладно?

Молчание.

– Ах вы тупые девки... Ну пусть вы и не способны понять мою речь, меня утешает, что она войдет в ваше подсознание. Впрочем, забудьте об этом... Вот что я хочу сказать: я благодарен этому похотливому Шейху за то, что он свел нас всех вместе. Я даже благодарен Одри, и Джиппи, и Сайнаре Лэйн, и миссис Гернбаттс. И, конечно, я благодарен Девину Моррейну, потому что если бы не он и его "дудлбаг"... если бы он не отправился искать затонувший корабль...

Что-то произошло. Молчальницы ожили.

– В чем дело? – удивился я. – Что я такого сказал?

Одна из красавиц энергично спрыгнула с матраса, и, как это бывает с водяными матрасами, он студенисто заколыхался. Пять остальных девушек, казалось, приветственно махнули мне. А эта одинокая красавица смотрела на меня с нескрываемым интересом. И, может быть, со страстью. Неужели? Наконец-то!

Но мои надежды уже столько раз обращались во прах.

– Что это было? – спросил я ее, стараясь держать под контролем свое возбуждение. – Не затонувший же корабль вас так взволновал! В нем нет никакого очарования. Готов поклясться, что вас заинтересовал "дудлбаг", верно? "Дудлбаг!"

– Маххрраййн, – запела она, как раньше не пела ни одна из них. Это была песня красавицы, истомная, хрипловатая и вязкая, как сироп, но ни в коем случае не клейкая и не сентиментальная. Прекрасная мелодия!

– "Отлично! – сказал я себе. – Я подозревал: существует нечто, чем можно пронять этих гордячек. Надо попытаться еще раз, и я это сделаю". Мааахрраах... Как это? Детка, ты и не знаешь, как это меня волнует – не думай, что я не читал "Тысячу и одну ночь". Я читал сказки Шехерезады под одеялом, когда был еще ребенком, тайком от взрослых, а с тех пор много раз перечитывал и никогда не забуду. Откройся... как тебя там... ах да, Сезам! Да, все, что вам требуется, это "Сезам, откройся...". Но что? Что это было?

– Даааййвэйн...

О, право же, как красиво это звучало.

И вдруг внезапно я понял, что произошло. Я нечаянно подобрал ключ, волшебное слово, открывающее пещеру с таинственными сокровищами. Этим словом-ключом было...

– Девин Моррейн? – завопил я. – Да?

Я улыбнулся ей, а она... она зарделась, и если вы думаете, что красавица из гарема не способна на такое, – красавица, одетая только в "гхазик" и "шуп-шуп", – то вы можете пойти и встать в своем классе в угол.

Но я еще не осознал полностью всего значения своего открытия и стал с глупым видом размахивать руками, теперь это у меня превратилось в привычку, и выкрикивать: "Девин Моррейн, откройся, Девин Моррейн..."

– Даайхвэнн Маххррэайнн! – повторила она мелодично, претворяя в песню земное имя.

И из-за ее спины с водяного матраса сначала одна, потом другая, а следом и все остальные подхватили, как гимн, подхватили и понесли: "Даайхвэнн Маххррэйнн!" Пение сопровождалось прыжками и всевозможными телодвижениями, пока, наконец, все они, волнообразно изгибаясь, не двинулись с места. Та, что была ко мне ближе всех, прикоснулась прохладными ладонями к моим щекам, а затем схватила мои руки в свои и начала отступать, увлекая меня за собой. По крайней мере она старалась увлечь меня за собой.

Нет, я не имел ничего против, чтобы оказаться окруженным шестью самыми роскошными на планете юными женщинами, но мне еще хотелось и получить хотя бы отдаленное представление о том, что же все-таки происходит.

Кроме того, в моем сознании все еще крепко сидели неосторожные намеки Шейха Файзули и устрашающий образ великана по имени Харим Бабуллах, забавляющегося отрубленными им головами...

Но, самое главное, до меня стало доходить истинное значение моего открытия.

– Эй, – сказал я, – погодите! Давайте-ка разберемся кое в чем. Иначе кто-то из нас останется пребывать в заблуждении.

Но к моменту, когда я все постиг и все понял, красавицы уже затянули меня на водяной матрас.