Читаем Верная Рука полностью

— Ты говоришь правду? Или лжешь? Может, ты назвал имя моей сестры только для того, чтобы вымолить себе прощение и избежать заслуженной кары?

— Я говорю правду, ты можешь мне верить!

— Значит, ты пустил в ход всю свою дьявольскую лесть, чтобы выведать у нее тайну горы Эль-Репаро! Ты обещал ей любовь?

Граф молчал.

— Говори! Только правда может смягчить твою участь. Знаешь ли ты, какой смертью тебе предстоит умереть?

— Скажи… — еле слышно вымолвил граф.

— Там наверху, на склоне горы, есть маленькое озеро. В нем живут потомки десяти священных крокодилов, в чьих утробах прежние властители этой страны погребали преступников. Чудовищам больше ста лет, и они давно голодают. Я отведу тебя на озеро и подвешу к дереву так, чтобы ты живьем болтался над поверхностью воды. Крокодилы будут выпрыгивать за тобой из воды, но не смогут достать тебя. Они начнут драться за тебя и рвать друг друга на части. Долгие дни и ночи ты будешь вдыхать их смрад и видеть их отвратительные пасти. Ты будешь висеть под палящими лучами солнца и изнемогать от голода и жажды; и когда твой труп однажды превратится в мерзкую падаль, ты выскользнешь из петли, и крокодилы сожрут тебя.

Альфонсо сковал ужас. Язык отказывался повиноваться ему. Он не мог вымолвить даже слова мольбы о пощаде.

— Только признание может смягчить твою участь, — продолжал индеец. — Итак, говори! Ты выманил у моей сестры тайну?

— Да, — с трудом выдавил из себя граф.

— Где ты встречался с ней?

— За асиендой, под оливами у ручья.

— Когда она выдала тебе тайну?

— Вчера вечером.

— Ты пришел сюда один?

— Нет, меня сопровождают восемнадцать мексиканцев.

— А, так они должны помочь тебе увезти отсюда сокровища, и ты выдал им тайну?

— Они ничего не знают ни про груз, который им поручается, ни про пещеру.

— Где они сейчас?

— Стоят на некотором удалении отсюда. Точнее я сказать не могу.

— Хорошо! Этот человек останется лежать здесь, а ты пойдешь со мной. Я не стану тебя связывать, ты все равно от меня не убежишь. Ты — червяк, которого я могу раздавить одним пальцем. Пошли!

— Что ты собираешься со мной делать? — спросил граф, умирая от страха.

— Скоро узнаешь!

— Лучше убей меня прямо здесь!

— Ха! Ты обманул дочь миштеков и должен заплатить за это!

— Чем?

— Тем, что ты возьмешь ее в жены.

— О, конечно, я сделаю это! — торопливо ответил Альфонсо.

— Хм! — мрачно усмехнулся индеец. — Ты, наверное, считаешь себя спасенным? Не обольщайся! Ты сделаешь Карью своей женой; она станет графиней де Родриганда и Севилья. Но ты никогда не прикоснешься к ней. А теперь идем!

Он схватил графа за руку и потащил к выходу из пещеры. Там он вместе с ним окунулся в воду и вытолкнул Альфонсо наружу, не выпуская его из своих рук.

После этого повторного купания и под действием дневного света с графа словно сошло недавнее оцепенение. Он глубоко и с некоторым облегчением вдохнул свежий воздух и стал спрашивать себя, не осталось ли еще какой-нибудь надежды на спасение.

— Где твоя лошадь? — спросил его Бизоний Лоб.

— Там, справа, привязана к стволу железного дерева.

— А где твои мексиканцы?

— Остались за тем холмом.

— Тогда идем за твоей лошадью!

Они пришли к месту, которое указал Альфонсо. Но едва индеец раздвинул кусты, как увидел в каких-нибудь тридцати шагах от себя мексиканцев верхом на лошадях.

— Собака, ты обманул меня! — воскликнул индеец, хватая графа за горло.

— На помощь! — закричал Альфонсо, пытаясь вырваться.

— Вот тебе помощь! — гневно сказал индеец.

И с такой силой хватил графа кулаком по голове, что тот сразу же рухнул на землю. Но его уже окружала толпа мексиканцев, которые не спешили хвататься за оружие, будучи уверенными, что индейцу от них не уйти.

Однако они просчитались. Хотя Бизоний Лоб и оставил свое ружье возле коня, зная, что придется окунаться в ручей, он оставил за поясом свой добрый охотничий нож. Одним прыжком индеец оказался верхом на коне за спиной главаря шайки и вонзил нож ему в грудь. В следующую секунду он вытолкнул из седла его обмякшее тело и пулей помчался прочь. Однако он погнал коня не в сторону асиенды, потому что не мог сейчас оставить священную гору без присмотра. Он направился к тому небольшому ущелью, в котором они с Хельмерсом оставили своих лошадей и которое теперь превратилось в маленькую крепость, защищавшую его от врагов.

Некоторое время мексиканцы пребывали в растерянности, потрясенные столь дерзким, неожиданным и успешным нападением индейца на их главаря. Придя в себя, они с громкими воинственными воплями бросились вдогонку за беглецом. И это было непростительной ошибкой с их стороны. Если бы они, оставаясь на месте в спокойном положении, сразу же воспользовались бы своими ружьями и пистолетами, индейцу вряд ли удалось бы избежать встречи с пулей. Теперь же надежно прицелиться и точно выстрелить, сидя верхом на скачущей во весь опор лошади, было делом почти безнадежным.

Тут они увидели, как индеец внезапно соскочил с коня, позволив ему бежать дальше, а сам метнулся влево, к зарослям кустарника.

— Вперед, за ним! Отомстим за капитана! — кричали мексиканцы.