Читаем Великий уравнитель полностью

Мировые войны отличались от любых других военных конфликтов в истории человечества тем, что мобилизация людских и промышленных ресурсов достигла невиданных ранее высот. Во время Первой мировой войны были мобилизованы почти 70 миллионов солдат – беспрецедентное число в истории военного дела. При этом погибло около 9–10 миллионов, а потери среди гражданского населения от войны и связанных с войною бедствий составили примерно 7 миллионов. Франция и Германия мобилизовали около 40 % своего мужского населения, Австро-Венгрия и Османская империя – 30 %, Великобритания – 25 %, Россия – 15 % и США – 10 %. Для финансирования операций требовались невероятные денежные ресурсы. Среди основных участников, для которых имеются данные, доля ВВП, реквизированная государством, увеличилась от четырех до восьми раз (рис. 5.6)[181].

Рис. 5.5. Доля дохода с капитала в общем доходе верхнего 1 % доходов во Франции, Швеции и США, 1920–2010 (в процентах)

Рис. 5.6. Доля государственных расходов в национальном доходе семи стран, 1913–1918 (в процентах ВВП)

Франция и Германия обе потеряли примерно по 55 % своего национального богатства, а Великобритания – 15 %. Ситуация во время Второй мировой была еще хуже. Всего было мобилизовано более 100 миллионов солдат, более 20 миллионов из которых погибли, а потери гражданского населения составили более 50 миллионов. Основные участники, помимо других видов вооружения, произвели 286 000 танков, 557 000 военных самолетов, 110 000 крупных военных кораблей и более 40 миллионов винтовок. Общие потери от войны (включая потерю жизни), по приблизительным оценкам, составили 4 триллиона долларов в ценах 1938 года, что на порядок выше, чем средний годовой мировой ВВП на начало войны. Завоевания позволили вывести долю государства на небывалый уровень. В 1943 году в Германии государство реквизировало эквивалент 73 % своего ВВП – почти всё на нужды войны, и часть этой суммы была присвоена у населения на оккупированных территориях. В следующем году, по некоторым оценкам, государственные расходы в Японии составили целых 87 % ВВП, притом что государство также черпало ресурсы из своих колониальных владений[182].

Титанические усилия по большей части финансировались благодаря займам, выпуску денег и сбору налогов. Займы в различной степени в последующем вели к налогам для обслуживания государственного долга, подтачивающей его инфляции или к дефолту. Успешно обуздать инфляцию удалось только лидирующим западным державам. В США и в Великобритании с 1913 по 1950 год цены всего лишь утроились. Другим участникам повезло меньше: за тот же период во Франции цены выросли в 100 раз, а в Германии – в 300 раз; в Японии только за 1929 по 1950 год увеличились в 200 раз. Заодно это сильно ударило по держателям облигаций и рантье[183].

До 1914 года маржинальные налоговые ставки на доход в большинстве развитых стран были очень низкими, если вообще существовали налоги на доход. Высокие налоговые ставки и крутая прогрессивная шкала как раз явились результатами войны. Высокие налоговые ставки появились во время Первой мировой войны и понизились в конце 1920-х, хотя так и не вернулись к довоенному уровню. Снова они повышались в 1930-х годах – часто в целях противодействия последствиям Великой депрессии – и достигли новых высот во время Второй мировой войны; после чего медленно более или менее понижались (рис. 5.7)[184].

Среднее значение этих ставок в разных странах подчеркивает тенденцию и указывает на критическую роль двух мировых войн в фискальной эволюции (рис. 5.8)[185].

Рис. 5.7. Высшие маржинальные налоговые ставки в девяти странах, 1900–2006 (в процентах)

Рис. 5.8. Высшие ставки налога на прибыль и наследство в среднем по двадцати странам, 1800–2013 (в процентах)

Рис. 5.8 хорошо демонстрирует критическую роль войны. Мы видим, что среди всех стран сначала выделяется Япония, введшая высшую налоговую ставку на прибыль в ответ на требования Русско-японской войны 1904–1905 годов, которая в какой-то степени стала репетицией Первой мировой. Не участвовавшая в войнах Швеция практически пропустила подъем высших ставок во время Первой мировой, а потом продолжала отставать во время следующей войны. Особый рисунок показывает Аргентина, находившаяся на удалении от театров мировых войн. В своей выборке Кеннет Шив и Дэвид Стесевидж обнаруживают сильный фискальный эффект войны среди стран-участников и гораздо более слабую реакцию среди других стран (рис. 5.9)[186].

Рис. 5.9. Первая мировая война и высшие ставки налога на прибыль в среднем по семнадцати странам (в процентах)