Читаем Варенье полностью

Татьяна сидела на диване, смотрела телевизор. Шипела, захлебываясь, в туалете в трубах вода, шумно переключался на кухне холодильник. Домашней и в то же время какой-то недомашней была обстановка, Андрей не мог понять, в чем дело. Чувствовалась какая-то перемена. Андрей шумно втянул носом воздух. На ужин была жареная рыба. Татьяна вчера покупала минтай. Раздевшись, Андрей прошел на кухню, проверил, что на ужин. Так и есть: на второе жареная рыба с пюре. На первое – гороховый суп с тушенкой. Все разогрето. Все в порядке. Но все равно было что-то не то. Гнетущей какой-то была атмосфера. Ощущалась тревога… и тревога усиливалась. Все это было странно. Андрей прошел в комнату. Сегодня Савельев, механик, на работе опять побирался, просил курить. Косты его при всех отшил. Механик надулся и всю смену ни с кем не разговаривал. Случай был презабавный. Андрей хотел рассказать… Татьяна сидела, отвернувшись от телевизора, закрыв глаза руками, всхлипывала.

– Ты чего? – забыл Андрей о Савельеве.

Татьяна не отвечала.

– Чего ревешь? – строго спросил Андрей, он терпеть не мог слез.

– Светлана приходила. Новикова. Долг требовала, – не поворачивая головы, всхлипывая, ответила Татьяна. – Говорит, что на хлеб денег нет.

– Вот скоты! – крепко выругался Андрей и с озабоченным лицом сел в кресло, всем телом подался вперед. – Они оба работают, а я, можно сказать, один работаю. У тебя зарплата мизерная, да и ту не дают. Значит, говоришь, что у них денег нет.

Андрей пошел в прихожую, закурил, вернулся в комнату с пепельницей, сигаретой.

– А что они думали, когда давали в долг? А ты к ним еще ходишь. Целый месяц нянчилась с их Валеркой. И вот тебе благодарность. Чтобы я не видел больше, чтобы ты ходила к ним! Поняла!?

– Поняла, – нехотя, чтобы отвязаться, ответила Татьяна.

– А то, ишь… Целый месяц ты возилась с их ребенком… а они еще так делают. Нет! Тебе у них теперь больше делать нечего!

– Ладно, иди ешь, – устала Татьяна слушать Андрея.

– Я и здороваться теперь с ними не буду, – не все еще сказал Андрей. – Пошли они к черту после этого! Как они делают, так и я буду делать. Чихал я на них!

– Ладно, хватит! Надоело! – повысила голос Татьяна. – Иди ешь.

– Иду. Но ты смотри, чтобы к ним больше ни шагу! Поняла! – пальцем пригрозил Андрей.

– Поняла, поняла…

Андрей пошел на кухню.

Татьяна не держала зла на Новиковых: свое просили. Может, правда, на хлеб денег нет. У Новиковых трое детей. Деньги, конечно, надо отдавать.

Андрей ел и думал, где взять деньги. Он перебрал в памяти всех своих знакомых, но не нашел, у кого можно было бы занять. Все сидели без денег. Сходить к Вадиму, брату? Но он сам без денег. Жена опять зашмыгала носом. Если бы можно было у кого-нибудь занять, Андрей сам отдал бы долг: молча сунул Светке в руки деньги и с гордо поднятой головой вышел. Но денег не было. Занять не у кого. Андрей не понимал, откуда у людей машины, видиоаппаратура. Все стоит больших денег. На зарплату не купить, Андрей это хорошо знал по себе, лишних денег не водилось. Значит, левый заработок. Нечестно.

Поужинав, выкурив сигарету, успокоившись, Андрей довольный прошел в комнату. Татьяна была в спальне. Она сидела на кровати, глаза красные от слез.

– Что будем делать, Андрей? Не могу я больше так. – На хлеб, говорит, денег нет. Меня всю трясет.

Татьяна закрыла лицо руками и опять зашмыгала носом.

– Хватит! Перестань. Врут они, что у них на хлеб денег нет. Двое работают – денег нет. Что-то мне не верится.

– У них трое детей.

– Ну и что, если трое, – стоял Андрей на своем.

– Лучше отдать долг, – не стала Татьяна спорить.

– Конечно, лучше отдать, – сел Андрей на стул у окна. – Надо жить как-то поскромнее. Надо всегда иметь деньги на черный день. Отлаживать. А то я получу деньги – ты всего напокупаешь: и печенья, и пряников, а потом – денег нет.

– Сам тогда ходи за продуктами, – начинала Татьяна сердиться. – Вкусно поесть любишь. Чтобы каждый день было мясо. Да еще, чтобы бутылка была.

– А как же! Бутылка – обязательно, – повеселел Андрей. – Может, продать что-нибудь.

Татьяна догадывалась, что Андрей имел в виду, – обручальное кольцо. Андрей уже намекал на него, тогда тоже деньги надо было, но все обошлось. Свое обручальное Андрей давно продал.

– Жалко отдавать, – близко поднесла Татьяна к лицу руку с кольцом.

– Как хочешь, собственно, – не наставивал Андрей. – Твое дело. Только денег нам неоткуда взять больше. Решай.

Татьяна не знала, что и делать: и кольцо жалко, и долг отдавать надо.

– А то смотри, я схожу к Леониду, пока магазин у него открыт. Он скупает золото.

И Татьяна решилась.

– Ладно, золотом сыт не будешь, – рассудила она. – Долг отдадим и больше брать не будем.

– Конечно! – согласился Андрей. – Лучше отдать им эти деньги. Пусть подавятся. Бросить им в лицо.

– Я сама их отнесу им.

– Сама, так сама.

Андрей пошел в коридор одеваться. Татьяна никак не могла снять с пальца кольцо. …и крутила, и слюнявила его. Ничего не получалось, палец распух.

– Давай сниму.

– Ага… вместе с пальцем оторвешь.

– Надо крутить, как кран открываешь.

– Я крутила…

– С мылом попробуй.