Читаем В суровом Баренцевом полностью

Хорошо запомнилось мне и первое впечатление, которое произвело на нас Заполярье: деревянные домишки Ваенги на каменистых сопках, низкорослые скрюченные деревца, редкий кустарник — все это мы рассматривали с интересом, все здесь для нас было в диковинку.

В конце августа и начале сентября на наших кораблях работали инструкторы политического управления флота. С агитаторами нашего корабля они провели беседу «Особенности международного положения и текущего момента».

А в мире происходили важные события. 4 сентября Еышла из войны Финляндия, заявив о разрыве с Германией и о выводе немецких войск со своей территории не позднее 15 сентября. Финны объявили о прекращении военных действий на всех участках расположения финских войск. Советское Верховное командование также прекратило военные действия на этом участке фронта. Были и другие события, требовавшие правильной оценки и разъяснения. Ведь во время пребывания за границей мы не всегда располагали нужной информацией, кроме того союзники нередко пытались подсунуть «липу», поэтому квалифицированная помощь флотских политработников была нам просто необходима.

Улеглись волнения, связанные с возвращением на Родину, начались будни. Два эсминца — наш «Живучий» и «Доблестный» стали в ремонт. Остальные шесть были отправлены на задание — им предстояло обеспечивать переход конвоев из Карского моря в Иокангу и Архангельск (между архипелагом Норденшельда, Диксоном, пунктами Новой Земли).

Как только «Живучий» ошвартовался у причала для ремонта, командир корабля собрал в кают–компании всех офицеров. Рябченко был краток:

— Нам приказано как можно быстрее восстановить боеспособность эсминца. Надо не только устранить повреждения, но и воспользоваться стоянкой для тщательной проверки, профилактического осмотра и ремонта всей техники и вооружения. Разборку механизмов использовать для повышения специальной подготовки старшин и краснофлотцев.

Офицерам кроме того предстояло изучить новый театр военных действий, тактические приемы вражеских подводных лодок, а также научиться мастерски владеть оружием своего корабля.

Вечером собрался партийно–комсомольский актив, наметивший пути решения стоящих перед экипажем задач.

От качества работы личного состава пятой боевой части зависела боеспособность корабля. Об этом страстно и убедительно говорил на собрании парторг подразделения Семен Циолковский. Говорил он как всегда быстро, слегка картавя. Парторг пользовался большим авторитетом в своей боевой части да и вообще на корабле. В работе Циолковский был неутомим, а в свободное время успевал и побеседовать с каждым краснофлотцем, и помочь морякам разобраться в тонкостях новой техники.

На комсомольском собрании артиллерийской боевой части комсорг старшина 2–й статьи Александр Сегинь призвал комендоров и автоматчиков в совершенстве изучить оружие и умело использовать его в бою. Он рассказал об опыте автоматчика Якова Сычева. Слабым местом у «эрликонов» была боевая пружина — она часто выходила из строя. Сычев научился заменять боевую пружину автомата, не вынимая ствола. Так же ловко он управлялся и с боевыми тягами. Эти нововведения значительно упростили обслуживание автомата. Дельные предложения внесли также комсомольцы Овчаренко и Балакин. Ремонт начался. На корабль прибыли рабочие–судоремонтники. Однако многое нам предстояло сделать своими руками, чтобы корабль как можно быстрее мог начать боевую деятельность.

В начале сентября был объявлен приказ о сформировании эскадры Северного флота в составе линкора «Архангельск» (контр–адмирал В. И. Иванов), крейсера «Мурманск» (капитан 1–го ранга А. И. Зубков) и трех дивизионов эскадренных миноносцев. В 1–й дивизион эсминцев (капитан 1–го ранга А. И. Гурин) входили лидер «Баку», гвардейский эсминец «Гремящий», эсминцы «Громкий», «Грозный», «Разумный» и «Разъяренный». В составе 2–го дивизиона (капитан 2–го ранга М. Д. Осадчий) были эсминцы «Жаркий», «Живучий», «Жесткий», «Жгучий», «Дерзкий» и «Доблестный». 3–й дивизион (капитан 2–го ранга Е. М. Крашенинников) включал Краснознаменный эсминец «Валериан Куйбышев», эсминцы «Карл Либкнехт», «Урицкий», «Достойный» и «Деятельный». Чуть позднее в него вошел и эсминец «Дружный».

Командующим эскадрой был назначен капитан 1–го ранга В. А. Фокин (вскоре после этого ему было присвоено звание контр–адмирала). Начальником штаба — капитан 1–го ранга А. М. Румянцев, начальником политотдела — капитан 1–го ранга Н. П. Зарембо.

Наш «Живучий» входил в состав 2–го дивизиона, которым командовал капитан 2–го ранга М. Д. Осадчий. Прежде он был командиром «Жаркого», а еще раньше — в начале войны — командиром эсминца «Славный», участвовал на нем в знаменитом Таллинском прорыве (август 1941 г.).

Соотношение сил на Северном морском театре военных действий к этому времени изменилось в нашу пользу. Теперь командование флотом ставило перед надводными кораблями более сложные и ответственные, чем прежде, задачи.