Читаем В поисках Либереи полностью

– Что происходит, я вас спрашиваю. Кто вы?– почти крикнула Елизавета, но осеклась наткнувшись на холодный взгляд француза. Тот продолжал методично обыскивать кабинет не упуская ничего из виду. Открученные ножки у стульев и кресел валялись вместе с вспоротыми обивками сидений и распотрошёнными книгами. Она перевела взгляд на молодого и с мольбой спросила:

– Так что же всё-таки таки сучилось?

– Мадмуазель, вам ничего не угрожает, все самое страшное позади, – молодой человек посмотрел на тело кухарки и добавил со вздохом, – Но боюсь, это не единственная ваша потеря.

– Отец! – воскликнула в ужасе девушка.

– О нет, с отцом всё более-менее в порядке— он лежит в глубоком нокауте… Ваш дед погиб в Париже. Я сожалею.. – и молодой человек добавил: – У нас с ним было короткое знакомство.

Известие о кончине деда окончательно сломало Лизу. Не в силах больше сдерживаться, она дала волю слезам. Незнакомец неуклюже пытался уговорить её прийти в себя, и это, вскоре, возымело действие: поплакав она, успокоилась. Посмотрев на незнакомца она вытерла слёзы и спросила:

– Кто вы?

Молодой человек принял официальную позу фигляра и щёлкнул по военному каблуками:

– Разрешите представиться, отставной капитан французского егерского полка, Кожемяка Александр Андреевич.

Конечно, это были они, фальшивые агенты-журналисты засланные в Россию с целью шпионажа и поисков недостающих раритетов. Оказавшись в двусмысленном положении в поезде недалеко от германо-польской границы, им пришлось проявить чудеса ловкости, чтобы исчезнуть за несколько минут до паспортного контроля на границе. Убитый Якушев остался лежать на диване под номером шесть, а пассажиры номеров пять и семь исчезли в утренней дымке германского местечка Воншен.

На самом деле наши путешественники перешли границу пешком и сели в этот же поезд уже после окончания всех пограничных формальностей на территории Польши. Они залезли в один из вагонов второго класса и оттуда перебрались к обитателям «третьего класса» на крышу. Там они без особых тревог и удобств ехали почти сутки до Гатчины, где наняв извозчика, добрались до Петрограда. Елизавету нашли быстро: у Ришара были все данные на семью Калашниковых и потомков инока, которые теперь носили фамилию Васильевы. У него, несомненно, имелись и особые инструкции касательно всех фигурантов операции, но Александр в эти таинственные установки посвящён не был, поскольку, видимо, сам являлся одним из фигурантов. Свою роль в этой истории Александр представлял туманно. Когда вечером они сопроводили Елизавету на Лиговку, Ришар, вдруг, изменил план и сказал, что необходимо ехать на почтамт. Александр возразил:

– Разве мы не должны следить за ней?

– Она уже никуда не денется, перехватим её позже. Сейчас главное доложить шефу о состоянии дел.. Да и вообще.. Не забывай для чего мы здесь.

Александр умолк. Шпионить ему совсем не хотелось, но он помалкивал и наблюдал за ситуацией, надеясь в нужный момент повернуть её в свою сторону. Ришар написал несколько телеграмм, явно используя какой-то шифр, из чего Александр понял, что не все в послания предназначены для чужих глаз. Отправив телеграммы Ален сокрушённо произнёс:

– Ну почему мы не можем воспользоваться телеграфом посольства? Ведь сколько времени теряем! – Ришар раздражённо покрошил корешки телеграмм в корзину с мусором и пошёл к выходу бросив коротко. – Возвращаемся на Лиговку.