Читаем В поисках Либереи полностью

– Разрешите, – протянув руку, попросила Елизавета. Она прочла адрес написанный на квитанции и сказала: – Мне знаком это дом. Он стоит рядом с домом моей портнихи госпожи Марсо и я не раз проходила мимо.. Кажется там живёт семья английских дипломатов… Фостер или Коснер…

Ришар забрал квитанцию, и многозначительно посмотрев на Александра, сказал:

– Нам пора, уже слишком поздно. – и обернувшись к отцу с дочерью посоветовал: – Вам надо вызвать полицию и рассказать всё, что произошло этой ночью… и пусть это будет простое ограбление.

Ришар поклонился и направился выходу. Александр последовал за ним. Уже у выхода он задержался в дверях и сказал:

– Мы ещё свяжемся с вами.

Несмотря на то, что последняя зацепка в поисках второй части рукописи была утеряна, наши герои не унывали. Они сновали по городу в поисках новостей и происшествий, о которых Ришар регулярно докладывали в редакцию журнала «Антик». Дом, на улице Монж был проверен, но никакой связи с таинственным убийцей установлено не было. Там действительно жила семья дипломатического работника Тома Костнера, с дочерью-подростком и малолетним сыном.

Прошёл месяц, потом другой. Настроение в городе стремительно менялось, на улицах мелькало все больше чёрных бушлатов и серых гимнастёрок. 16 августа началось восстание, в котором участвовали солдаты Первого перемётного полка. Накануне Александр, по приказу Ришара находился в Кронштадте, где отыскались следы потомков инока Василия: в списках личного состава 2-й бригады крейсеров Балтийского флота /флаг вице-адмирала Куроша/, нашёлся младший Трофим Васильев, который служил на крейсере «Громобой». Но попасть на крейсер не представлялось никакой возможности. Весь личный состав крейсера в эти непростые дни стоял на рейде в закрытом режиме: увольнительные и посещение корабля были запрещены. Но когда появились гонцы из восставшего полка с просьбой о помощи, матросы, игнорировав приказ о невмешательстве и отправили двадцать человек в помощь восставшим.

Утром в расположении Первого пулеметного полка началась буза разогреваемая анархистами и большевиками. На плацу, взобравшись на грузовик, бесновался анархист Блейхман. «Долой Временное правительство!», «Нас организует улица!» – кричал он захлёбываясь от восторга и толпа шумно поддерживала все его лозунги. Плац ликовал.

Александр шёл следом за Ришаром протискиваясь между серых гимнастёрок к чёрной группе матросов стоящих на другой стороне плаца. Где-то среди них был Васильев. Превратившись в сочувствующих, они всматривались в бескозырки, ища надпись: «Громобой». Попадались «Аврора», «Рюрик», матросы с «Адмирала Макарова» над чем-то от души смеялись слушая разговорчивого балагура. Наши агенты-журналисты прошли дальше и, наконец, наткнулись на служивых с «Громобоя». Их было около двадцати перевязанных пулемётными лентами, готовых ко всему матросов, явно, не читавших « апрельских тезисов» из-за которых началась эта заваруха. Затесавшись среди матросиков, агенты начали налаживать контакты. Первую скрипку здесь полагалось играть Александру. Изобразив на лице приветливое выражение, он по-свойски прокомментировал одно из выражений Блейхмана, который совсем не стеснялся в них.

– Во даёт! – с восторгом закричал Александр на ухо соседу в бушлате.

Матрос закивал и закричал в ответ:

– Этот из наших, из анархистов…

Ришар увидев, что дело на мази отошёл в сторонку, стараясь угадать в стоящей перед ним чёрной толпе, нужного человека. В это время Александр пытался найти подходящую тему для разговора.

– Я тоже за анархию. За волю, за свободу без ограничений и условностей..

– Уважаю, – осклабился матрос и протянул руку,– Евсей.

– Дормидонт, – представился Александр. – Покурим?

– А есть?

– А как же.

Новые знакомцы отошли к чугунной ограде и Александр угостил Евсея папиросой марки «Леда». Евсей подивился названию, но закурил. Можно было пробовать форсироваться события.

– Мой родственник в деревне выращивает очень неплохой табак . Его во всей круге знают, как «Васильевский». – Александр выдержал паузу, следя за реакцией матроса. Тот хмыкнул и сказал

– У нас на корабле тоже есть Васильев. Уж не родственник ли он твоему родственнику?

– Это вряд ли, – с уверенностью сказал Александр.

– Не факт, он тоже не из простых. Можем спросить у него.

– Да ладно, не стоит, – Александр решил, что и впрямь не стоит так явно показывать свой интерес к объекту.

– А чё, вон он стоит. – не унимался Евсей. – Трофим, – заорал он, стараясь перекричать шум толпы, – Подь сюды.