Читаем В пламени (СИ) полностью

К ужину жители и гости Винтерфелла изрядно повеселели, постепенно прекращая скорбеть по мертвым и начиная чествовать живых. Официальные праздненства были назначены позже. Королева Дейнерис обещала всем славный праздник, достойный героев, но уже сейчас тут и там доносились истории о прошедшей битве, люди делились тем, что видели, что преодолели, и понемногу начинали праздновать это.

Бриенна выбрала себе место в конце зала, Подрик послушно приземлился рядом. Они коротали время за нейтральной беседой, лишь едва касаясь пережитого вместе. Ей хотелось сказать ему, как сильно она гордится им, как сильно ценит, но подходящих слов не находилось, да и они были бы лишними, поэтому она просто положила свою ладонь на его. И он все понял, судя по его тёплому благодарному взгляду.

За этим их и застал десница королевы. Подойдя к ним бесшумно, как и всегда, он деликатно кашлянул:

- Простите, что прерываю вашу беседу, но я срочно ищу компанию для себя и этого великолепного дорнийского вина.

Он с торжественным грохотом поставил на стол кувшин. Бриенна убрала свою руку, смутившись.

- Конечно, лорд Тирион, присаживайтесь.

Она не стала возражать, когда младший из Ланнистеров наполнил бокал Подрика до краев, не сказала ни слова, когда он проделал то же самое с ее бокалом. Тириона и Пода многое объединяло, поэтому она была только рада, когда они начали обмениваться историями и байками из совместного прошлого. Пусть Бриенна и слышала каждую из них сотни раз до этого.

- У вас тоже есть интересные истории, леди-сир Бриенна, - подмигнул ей карлик, - про моего брата.

- Боюсь, они не так хороши, как Ваши, - ответила ему она, вежливо улыбнувшись.

На ум пришёл другой разговор, очень похожий на этот. Зеленые глаза смотрят испытующе, без симпатии. Красивые губы, очень знакомой формы, кривятся в жестокой усмешке. Ей здесь не рады, ее здесь не ждали, ей здесь не верят. Здесь она только помеха, помеха чему-то, чего она сама до конца не может понять. “Вы его любите”, - сказала ей Серсея, и это звучало худшим обвинением на свете, самым бесчестным поступком, преступлением против природы и морали. Она стояла перед ней в глупом платье, в центре древнейшей из всех мыслимых войн - войны двух женщин за одного мужчину. Войны, в которой у неё не было ни шанса, но даже это не помогло ей заслужить милосердие королевы.

- Он ведь хороший человек, мой брат, - пьяно протянул Тирион, прищурившись. - Настолько, что даже сам не знает этого, пока ему не напомнить. Что ж, его можно понять. Его жизнь была полна дерьмовых примеров, - он потянулся за вином. - Как его возлюбленный брат, я только могу надеяться, что когда-нибудь рядом с ним будет достойный человек, с которым он будет счастлив…

Глаза Бриенны против ее воли искали Джейме.

И - на ее беду - нашли.

Он стоял вдалеке, беседуя о чем-то с леди Сансой. Вечно задумчивая и печальная, она сдержанно улыбалась в ответ на какие-то его слова, затем прикоснулась к его предплечью, приблизившись. Джейме растерянно посмотрел на ее руку, но не отодвинулся, продолжил что-то говорить.

- Если только не испортит все к пеклу, - пробормотал Тирион, но она его уже не расслышала.

Изрядно подвыпившие северяне затянули какую-то песню, незнакомую Бриенне, и люди повставали из-за своих столов, пустились в пляс, подпрыгивая и кружась. Парочки образовывались стихийно, танцующие цепляли друг друга в процессе. Джон Сноу подал руку королеве, и она послушно встала. Бриенна перевела взгляд на свою леди, которая в этот момент вежливо рассмеялась, когда Джейме протянул ей свою золотую кисть в качестве приглашения, взяла его под локоть.

Становилось душно, почти невыносимо. Запах паленой плоти, дешевого пойла и пота сконцентрировался вокруг неё, не позволяя дышать.

Коротко извинившись, она встала из-за стола.

- Ох, Бриенна, поверьте, Вы не единственный человек, который ненавидит танцы, - пробормотал ей вслед Тирион.

***

В ее дверь коротко постучали.

Бриенна приподнялась на локтях в постели, отозвалась сухо:

- Кто?

Если это Подрик снова мнит из себя ее защитника и покровителя, то уже в первом же бою она отделает его так сильно, чтобы синяки ему до лета напоминали о том, кто здесь рыцарь, а кто - оруженосец на обучении.

- Это я, леди Бриенна, - послышалось за дверью, и сердце Тартской девы ухнуло, словно в колодец, и полетело вниз, не встречая преград или спасения. - Хотел убедиться, что вы в порядке.

Пока она судорожно пыталась восстановить дыхание и отыскать в себе благопристойный и вежливый ответ, Джейме Ланнистер произнёс нетерпеливо:

- Я могу войти?

Бриенна коротко кивнула, пытаясь сохранить самообладание, затем спохватилась, поняв, что он не видит ее глупого жеста.

- Да, конечно, сир Джейме, заходите.