– Вот мы и приехали, дорогой. Ну, что вы думаете по этому поводу?

– Очень жарко здесь было!

– Но на пожарах всегда жарко, дорогой. И разумеется, в дереве здесь не было недостатка. В свое время на приморские домики шло только дерево.

Еще находясь в ее светло-голубом «ягуаре», я ощутил запах гари.

– И давно? – спросил я.

– В конце недели, дорогой. В воскресенье.

Пока мы молча осматривали пожарище, из-за трубы появился мужчина. Он шагал медленно, сосредоточенно глядя себе под ноги и время от времени нагибаясь, чтобы порыться в пепелище.

Мейзи, несмотря на комплекцию, оказалась достаточно проворна.

– Эй! – крикнула она, выскакивая из машины. – Что вы тут делаете?

Мужчина изумленно выпрямился. «Ему где-то под сорок», – прикинул я. В дождевике и шляпе, с вислыми усами. Он вежливо приподнял шляпу:

– Страховой агент, мадам!

– Я думала, вы приедете в понедельник.

– Так уж случилось, что я оказался в ваших краях. Я решил, что не следует откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня.

– Я тоже так думаю, – сказала Мейзи. – И надеюсь, вы не будете тянуть с выплатой, хотя я предпочла бы получить свои ценности вместо любой суммы, денег у меня и так хватает.

Мужчина, разумеется, еще не был знаком с ее манерой высказывать свои мысли.

– Э-э-э… О, да-да… Я понимаю!

– Вы выяснили, с чего все началось? – продолжала она наседать.

– Нет, мадам.

– А вообще нашли что-нибудь?

– Нет, мадам.

– А когда я смогу начать расчистку?

– В любое время, мадам.

Он осторожно двигался к нам, выбирая дорогу среди почерневших обломков. Тяжелый взгляд и массивный подбородок делали его похожим на следователя.

– Как ваша фамилия? – спросила Мейзи.

– Грин, мадам. – Он помолчал и добавил: – Через «и» долгое, мадам.

– Ну ладно, мистер Грин через «и» долгое, – сказала Мейзи доброжелательно. – Я очень просила бы вас засвидетельствовать мне все, как положено, на бумаге.

Он вежливо склонил голову.

– Как только доложу своему начальству.

Мейзи согласилась. Грин приподнял шляпу, попрощался и направился к белому «форду», стоявшему у обочины. Мейзи просияла.

– Теперь все в порядке, – сказала она, удовлетворенно наблюдая за ним. – Итак, сколько вы хотите за картину?

– Две сотни плюс расходы в местной гостинице за две ночевки.

– Чересчур, дорогой. Одна сотня и две ночевки, и то при условии, что картина мне понравится, в противном случае я вообще ничего не плачу.

– Что наработаешь, то и получишь?

Ее ярко накрашенный рот растянулся в усмешке. – Вы меня правильно поняли, дорогой.

Мы сошлись на полутораста, если картина ей понравится, и на пятидесяти фунтах, если нет.

Работу нужно было начинать в понедельник, если не помешает дождь.

Глава 4

Понедельник выдался солнечный и по-летнему теплый. До Уортинга я доехал поездом, а оттуда продолжил путь на такси и, вызвав большой интерес у соседей, поставил мольберт на том месте, где раньше были центральные ворота. Пожарные сняли их с петель и положили на газон. На одной стороне виднелась фамильная табличка с надписью: «Островок сокровищ».

Бедный Арчи… Бедная Мейзи…

Я наложил на полотно нейтральный грунт кофейного цвета из чистой умбры, разведенной скипидаром и льняным маслом, и по еще влажной основе стал прорисовывать более темными красками контуры пожарища на фоне изгороди, моря, покрытого галькой берега и неба. На этой стадии еще можно было исправлять ошибки в композиции, выбирая правильные пропорции и перспективу.

Закончив первую часть работы, я оставил картину, чтобы она просохла, а сам тем временем прогуливался по саду, рассматривая с разных точек сгоревший дом и почерневшие остатки живой изгороди, служившей границей между травой лужайки и галькой побережья. В утренних лучах солнца поблескивало море и проплывали небольшие облака, отбрасывая редкие пятна темно-серой тени. Вдалеке пенились белые барашки – море отступило, оставив на песке сеть морщин и складок.

Прохладный бриз холодил уши. Я вернулся к своему занятию и увидел двух мужчин, одетых в пальто, которые вылезли из большого фургона и были явно заинтересованы остатками усадьбы «Островок сокровищ». Они остановились у мольберта, оценивая мое творение, и я направился к ним.

Один из них – плотный, коренастый мужчина лет пятидесяти. Другой – худощавый молодой человек лет двадцати. У обоих уверенный в себе, деловитый вид. Когда я приблизился, старший настороженно посмотрел на меня.

– У вас есть разрешение находиться здесь?

В голосе его не чувствовалось неприязни, да и с чего бы она взялась?

– Владелица захотела, чтобы я нарисовал остатки ее старого дома.

– Понятно, – едва шевельнул он губами.

– А вас что привело сюда? – в свою очередь поинтересовался я.

– Страховые агенты. – Он выгнул брови, словно удивившись, что кто-то может его спрашивать.

– Из той же фирмы, что и мистер Грин?

– Кто?

– Грин. Через «и» долгое.

– Я не знаю такого, – заявил он. – Нас пригласила миссис Метьюз, чтобы мы определили размер ущерба, ее дом был застрахован… – Он удрученно смотрел по сторонам, словно ожидая, что Мейзи появится из пепла, как птица Феникс.

– Так у вас нет Грина?

– Ни через «и» долгое, ни через короткое.