Читаем В ледяном аду полностью

– Товарищ капитан, разрешите присесть и представиться?.. Контр-адмирал Нагибин. Да-да, очень приятно, товарищ капитан. – Федор Ильич сделал вид, будто пожимает невидимую ладонь, после чего широким жестом пригласил подсесть к столу Саблина и Сабурову. – А это мои подчиненные. Нас интересует, что произошло на станции незадолго до того, как мы сюда прибыли.

Кока перестали интересовать грязные тарелки. Он выпрямился, немного подобрал живот, вытер руки полотенцем. В его остекленевших глазах мелькали отблески недоверия. Скорее всего, несмотря на сумасшествие и провалы в памяти, он справедливо подозревал, что его разыгрывают. Значит, все было не так уж безнадежно. Проблески сознания еще мелькали в его мозгу и были просто заблокированы стрессом.

– Как вы говорите, товарищ капитан? Ваш кок сможет прояснить нам ситуацию? – Федор Ильич вскинул голову, посмотрел в глаза служителю кухни и сказал ему: – Разве вы не слышите? Товарищ капитан просит вас подойти и рассказать все как было.

– Не слышу. – Кок покачал головой.

Саблин отвернулся, чтобы не было видно его лица, и произнес глухим голосом:

– Подойдите, пожалуйста. Сколько раз мне можно вам повторять?

Финт удался. Кок поверил, что слышит голос невидимого капитана. Он подошел к столу, присел на краешек стула и положил сцепленные в замок руки на колени.

– Вы видели здесь посторонних? – мягко спросил Нагибин и тут же резко потребовал: – Не отводите взгляд, смотрите мне в глаза.

– Да, видел.

– Кого?

– Вас.

– Какие же мы посторонние? – спросил Нагибин. – Мы же свои, на одном языке с вами разговариваем.

Кок наморщил лоб, резким движением снял колпак и задумался.

– Был здесь кто-то, а вот кто, никак не вспомню, – честно признался он.

– Товарищ капитан просит вас напрячь память. Вы же не станете подводить его? Мы прибыли сюда, чтобы узнать правду.

– Не помню!.. – Кок затряс головой, и в глазах его заблестели слезы.

Нагибин почувствовал, что тот близок к срыву. С одной стороны, имелся шанс, что нервный стресс освежит ему память. С другой – кок мог окончательно замкнуться, уйти в себя. Пока его связывали с внешним миром лишь профессиональные обязанности. Именно за них он и цеплялся. Все свое время занимался уборкой, приготовлением пищи, мытьем посуды и сервировкой. Теперь же незнакомые ему люди пытались вырвать его из этого уютного мирка, в котором он спрятался от опасности. Это вселяло в душу кока тревогу. Ему не хотелось возвращаться в тот ужас, который довелось пережить.

– Постарайтесь вспомнить. Вы, наверное, были здесь, на кухне, да? – мягко, но настойчиво втолковывал Нагибин. – Затем началась стрельба. И вы… – Федор Ильич, не мигая, смотрел в глаза немолодого кока.

– Да, был на кухне. Крутил фарш, – замогильным голосом произнес мужчина в белом халате. – Потом что?.. – Он наморщил лоб. – Я котлеты готовил, людей кормил, посуду убирал.

Из открытой двери донесся слабо различимый, но характерный звук. Это мог быть только стрекот винтов.

– Вертолет! – Катя повернула голову.

Все замолчали. До их слуха долетал шум приближающегося вертолета.

Кок вздрогнул, а затем истошно закричал:

– Вертолет! Вертолет! Они возвращаются! Нас всех убьют!

Нагибин и Катя с Виталием не успели среагировать. Несуществующий капитан Ерохин тоже куда-то запропастился и не отдавал своему коку никаких приказов. Тот действовал сам по себе.

Мужчина в белом халате метнулся к разделочному столу, схватил секач, а затем юркнул к духовке, распахнул дверцу и исчез внутри. Саблин бросился к духовке, с трудом сумел открыть широкую дверцу, потому как кок цеплялся за нее, и стал выковыривать из плиты несчастного человека. Но тот отбивался, кричал. Единственное, что удалось каплею, так это завладеть секачом.

Гул винтов стал уже совсем явственным. Машина шла на снижение.

– Оставь его, – приказал Нагибин. – У нас, кажется, гости. Я вовсе не уверен в том, что они настроены миролюбиво.

Саблин закрыл духовку и машинально посмотрел, не включена ли плита. Ручка регулятора температуры стояла на нуле. Кок перестал кричать и затаился в духовке. Саблин на всякий случай забросил секач на верхнюю полку и вышел из кухни вслед за Нагибиным и Катей.

В небе над станцией закладывал круг небольшой ярко-желтый вертолетик, обтекаемый, как капля. Снизу он казался игрушечным. Большие панорамные стекла, зализанный аэродинамический корпус. На дверце виднелся герб Аргентины.

– AS-350 французского производства, – тут же заявила Сабурова. – Хорошая машина.

– Вот только хорошие ли в ней прилетели люди? – мрачно заметил Саблин, сжимая в руке карабин.

Вертолет приветственно качнулся в воздухе и стал снижаться. Посадка прошла не очень гладко: то ли за рычагами сидел не слишком умелый пилот, то ли что-то было неисправно.

Люк открылся, и на снежный наст спрыгнул молодой улыбающийся мужчина в куртке-аляске. Он же сбросил капюшон, позволив ветру трепать длинные, жесткие, как проволока, черные волосы. Следом выбрался и пилот.

– Кажется, у них при себе нет оружия, – прошептал Саблин.

– А ты в карманы к ним заглядывал? – так же тихо ответила Катя.