Читаем В ледяном аду полностью

Теперь уже и Саблин ощутил легкий запах жареного мяса и пряных приправ.

– Кажется, дух идет вон из того домика. – Он указал на соседнее строение.

Дверь была открыта. Чем ближе они подходили, тем явственнее становился абсолютно мирный запах стряпни. Над входом висела выцветшая жестяная табличка с надписью, аккуратно выведенной на ней черной краской: «Кухня. Ответственный за противопожарное состояние и технику безопасности: Гришанов Г. В.».

Нагибин остановился у крыльца и озабоченно глянул на Саблина. Внутри кухни явственно ощущалось какое-то движение. Что-то потрескивало. Вдобавок ко всему этому там кто-то беззаботно насвистывал популярную мелодию из кинофильма «Кавказская пленница».

– Я пойду первым, – сказал Саблин и крикнул в открытую дверь: – Эй, кто там?

Свист прекратился. Саблин осторожно поднялся по обледеневшим металлическим ступенькам и вошел внутрь. В кухне было жарко от работавших плит. На больших противнях потрескивали аккуратно слепленные котлеты. На плите булькал большой чан. Рядом с ним на столе лежали два пустых бумажных мешка из-под сушеной картошки. В проходе между разделочными столами стоял немолодой мужчина с объемным животом, одетый в белоснежный халат. На его коротко стриженной голове красовался поварской колпак. В руках он держал швабру и добродушно, но все-таки несколько настороженно смотрел на Саблина, явно пытаясь припомнить, кто это такой.

– Здравствуйте, – как-то замедленно и не совсем адекватно произнес кок. – Я понимаю, что задерживаюсь с обедом, но тут надо было убраться. На кухне должна быть полная чистота, даже стерильность. – Сказав это, он принялся усиленно тереть пол шваброй.

В кухню вошли Нагибин с Сабуровой и тут же уставились на кока, который снова начал насвистывать ту же веселенькую мелодию.

– Что тут случилось? – строго поинтересовался Нагибин.

Его начальственный тон все же подействовал на служителя кухни.

– Ничего особого не случилось, просто с обедом немного задержался. Надо же было убрать, на кухне должно быть чисто, стерильно, – вновь завел старую пластинку кок. – Но капитан в курсе. Он поругался немного, но согласился, что нужно убраться. Я сейчас, быстро закончу.

– Какой капитан? В смысле Ерохин? – переспросил Нагибин.

– А кто же еще? Другого капитана у нас нет и быть не может.

– Где он? – Федор Ильич, прищурившись, смотрел на кока.

– Скоро должен подойти. Он ведь тоже обедать будет, все есть хотят. Вот и вы пришли. Присаживайтесь, товарищи. – Немолодой мужчина в белом халате указал на стол и стулья.

Боевые пловцы еще раз переглянулись между собой. Происходящее, с одной стороны, было абсолютно будничным. Но в нем чувствовалась затаенная напряженность, готовая в любой момент взорваться. Чуть подмигнув Сабуровой и Саблину, адмирал сел за стол. Кок уже большим черпаком накладывал в старые советские тарелки из нержавейки вареную картошку. Потом он добавил к ней подливы и разложил котлеты.

– Компот из сухофруктов еще не сварился. Подождите немного. – Толстяк расставил на столе тарелки и положил приборы.

– Значит, капитан Ерохин где-то здесь?

– А где же ему еще быть? О, а вот и он, легок на помине. Приятного аппетита, товарищ капитан. Видите, я совсем немного задержался, – с ласковыми интонациями в голосе сказал кок и поставил на пустой стол тарелку с едой. – Сейчас я вам все остальное принесу. – Он протер чистым полотенцем вилку и положил ее рядом с тарелкой.

Иллюзия присутствия невидимого капитана была такой сильной, что у Нагибина на какое-то время даже пропал дар речи. А кок здоровался с несуществующими людьми, рассаживал их, ставил тарелки, раскладывал приборы.

– Извините, любезный, – проговорил Саблин и махнул коку рукой. – Вы можете подойти к нам?

Кок с милой улыбкой подошел к столику, поправил колпак и проговорил:

– Ах да, я вам соль, перец и горчицу забыл поставить. Прошу извинить, сейчас исправлю.

– Да у него глаза абсолютно безумные! – сказал Виталий, заглянувший в лицо коку.

– Они у него словно из бутылочного стекла отлиты, – подтвердил Нагибин.

– Да, он и вправду сумасшедший, – согласилась с выводами товарищей Сабурова.

Кок тем временем принес подставку с солью и специями, пожелал приятного аппетита и стал переговариваться с несуществующими членами команды «Профессора Молчанова».

– Черт знает что такое. Это надо прекратить. Он с ума сошел. А ведь на флот людей со слабой психикой не берут, – прошептал Нагибин, поднялся из-за стола, положил руку на плечо коку и сказал ему: – Тут и без вас управятся. Пройдемте к нам на яхту. Мне кажется, что вы нездоровы. Вам нужна помощь.

– Какая помощь? – удивился кок. – Я абсолютно здоров. Зачем мне отсюда уходить? Кто-то же должен людей кормить. Вон и товарищ капитан недоволен. Он запрещает мне идти с вами. И вообще, кто вы такие? Я вас не знаю.

В остекленевших глазах кока на мгновение мелькнула тревога, но тут же растворилась в полном спокойствии.

– Вы не представляете, с кем говорите. Это контр-адмирал, между прочим, – заявил капитан-лейтенант.