Время, необходимое человеку, чтобы пройти через все стадии алкоголизма от первого глотка до водки на завтрак, индивидуально. Но поскольку алкоголь вызывает привыкание, его потребление меняет механизм работы мозга. И поэтому неважно, насколько медленно мы погружаемся на дно, все движутся в одном направлении – вниз. Падение происходит быстрее, когда вы пьете, чтобы справиться со стрессом. Если вы пьете только в компании, то, возможно, ограничиваете себя определенными обстоятельствами, и это замедляет ваше соскальзывание в пропасть. Если вы пьете, чтобы спрятаться от жизни, заблокировать стресс, то всегда найдете причину для очередной рюмки. Чем больше вы пьете, тем напряженнее становится жизнь. Вскоре появляются достойные причины для бокала вина за обедом и «отвертки» на завтрак. Вы пьете, чтобы забыть о своих проблемах, но алкоголь никогда не решает их. Только усугубляет. На каком-то уровне вы знаете об этом, и это тревожит вас. Но проще всего – выпить еще, чтобы не думать.

После трудного дня я сбрасывала ботинки, наливала себе бокал вина и расслаблялась. Сразу после первого глотка я чувствовала себя счастливой и спокойной – еще до того, как алкоголь успевал оказать на меня хоть какое-то воздействие. На самом деле он вовсе не помогал мне расслабиться. Обладай он таким свойством, его рекомендовали бы к употреблению перед собеседованием или экзаменом. А если бы кто-то вел себя агрессивно, мы бы наливали ему, чтобы он успокоился.

Важно осознать: алкоголь действительно дарит вам подъем, но только от той точки, куда он вас отбросил раньше. Поскольку он выводится из организма в течение 10 дней, спад может стать обычным состоянием для тех, кто регулярно употребляет спиртное. Алкоголь не делает вас счастливым. Просто вы несчастливы, когда у вас нет возможности выпить. Чесать место укуса приятно, но вы никогда сознательно не сели бы в муравейник ради того, чтобы потом иметь возможность почесаться. Это главное во всех наркотических зависимостях: наркотик лишь ненадолго устраняет им же созданный спад, и при этом заставляет своих жертв думать, что подарил им энергию и кайф.

Так работают наркотики, и чем дальше вниз они вас уводят, тем сильнее становится ваша в них потребность. В случае алкоголя этот процесс может быть настолько медленным, что вы едва ли заметите свое падение. Вы пьете, ваша устойчивость к алкоголю растет, и вскоре вам надо увеличивать дозу, чтобы достигнуть такого же эффекта. Это может произойти быстро, но часто это происходит постепенно, в течение жизни.

В какой-то момент вы осознаете, что пьете больше, чем раньше, больше, чем вам когда-либо хотелось, но ведь жизнь – сплошной стресс. Напряжение и проблемы копятся, и вы никак не можете выбрать подходящий момент, чтобы сократить потребление спиртного. Вы принимаете решение отложить это до тех пор, пока жизнь не вернется в спокойное русло. Вы начали пить, чтобы спрятаться от стресса, но только усугубили его.

Зависимость с научной точки зрения

В настоящий момент существует огромное количество неврологических и физиологических объяснений того, как работает зависимость. Давайте начнем с дофамина. Дофамин – это нейромедиатор. То есть это химическое вещество, которое вырабатывается в мозге и передает сигналы от одного нейрона (клетки мозга) к другому. Дофамин известен как молекула зависимости. Отчасти это так, потому что алкоголь и другие вызывающие привыкание вещества химически высвобождают дофамин в мозге[213]. До недавнего времени ученые считали, что этот нейромедиатор связан с удовольствием. Теперь мы видим, что более высокие уровни дофамина дают нам повышенную мотивацию к поиску вознаграждения, однако не обеспечивают фактическое вознаграждение или удовольствие. Ученые считают, что дофамин ответственен за влечение к наркотику. Если вы испытывали сильное влечение, то знаете, что само по себе это ощущение неприятно, и жаждать чего-то – совсем не то же самое, что любить.

В одном исследовании ученые генетически модифицировали крыс, скрещивая братьев и сестер на протяжении двадцати поколений, чтобы у них были похожие гены. Они выращивали грызунов с повышенным и пониженным уровнем дофамина. Крысы с высоким уровнем гормона были более мотивированы на то, чтобы искать вознаграждение – в виде еды, компании или секса, – но не демонстрировали больший уровень удовольствия, когда получали награду. Крысы с низким уровнем дофамина не были мотивированы на поиск вознаграждения. По сути, их уровень мотивации был настолько низок, что они предпочитали голодать, но не делали нескольких шагов к миске с едой. Однако, когда их кормили, они демонстрировали тот же уровень удовольствия от еды, что и любая другая крыса[214].