Читаем В доме лжи полностью

Сазерленд поразмыслил.

– И все-таки – по какому поводу вы встретились?

– Лора – моя подруга. Я думала, мы просто поболтаем.

– Чего хотел Келли?

– Думаю, что информации о расследовании. Но мы с ним недалеко продвинулись.

– Почему?

– Потому что он заговорил о косяках двенадцатилетней давности.

– И тебе не захотелось его слушать?

– Не особенно.

– Потому что можно было услышать что-нибудь нелестное про Джона Ребуса?

– Потому что, – парировала Кларк, – я хочу сосредоточиться на текущем расследовании, а не на том, что было давным-давно.

Сазерленд сжал губы и уставился в пол, затем поднял голову и обвел взглядом присутствующих:

– У кого какие мысли?

Кто-то пожал плечами, кто-то скривил рот. Джордж Гэмбл прокашлялся.

– Спасибо за поддержку, – сухо сказала Шивон.

– А эта журналистка – она сможет подтвердить твои слова? – спросил Сазерленд.

– Надеюсь. Поскольку они правда.

– И все-таки Лора твоя подруга – ты сама так сказала. Она наверняка захочет тебя прикрыть.

– Это что, выговор? Меня отстраняют от дела?

– Решение пока не принято.

– Приличными словами не передать, как я благодарна.

Шивон развернулась и двинулась к двери.

– Далеко собралась?

– Воздухом подышать. Хочешь топтуна за мной отправить, убедиться, что я не натворю еще чего-нибудь?

Шивон подождала. Ответа не последовало, и она направилась к лестнице.

Ребус ехал через центр города, когда ему позвонила Кристин Эссон.

– Я не вовремя?

– Пробки проклятые, – проворчал Ребус. – Слушаю тебя, Кристин.

– Я порылась где могла. В конце концов создала себе несколько персонажей, чтобы мониторить чат. Кстати, я тебе сейчас излагаю предварительный отчет.

– Давай.

– Среди друзей Эллиса Кристен была не особенно популярна. То есть они на нее засматривались, но по-настоящему она никому из них не нравилась. Гордячка и языкастая. Однако ничто не указывает, что Кристен не любила Эллиса или встречалась с кем-то еще. Ее родители…

– Религиозные?

– Я бы сказала – отстраненные. После смерти дочери затихли, в соцсетях их нет. А вот мать Эллиса как с цепи сорвалась. Любой, кто плохо скажет о ее сыне, моментально получит сдачи. У нее – Фейсбук и Твиттер, у всех остальных – Снапчат, Тамблер, Инстаграм, Фликр, Реддит и Вотсап.

– Все остальные – это…

– Группы поддержки Кристен и Эллиса.

– А что сестра Эллиса?

– Она много времени проводит в Сети. Я пыталась задружиться кое с кем из ее друзей, но, по-моему, меня раскусили. Не уверена, что мой “голос” звучал как надо.

– То есть ты не ладишь с подростками?

– Спокойно, дедуль.

– Она еще общается с подружками из старой школы?

– Похоже на то.

– Но в новой школе вполне прижилась?

– Да.

– Ее отец говорит, что старая школа была ей не на пользу.

– Тут я помочь не могу. Но отец…

– Да?

– По-моему, я его засекла на сайте знакомств – похоже, у него всего один электронный адрес, а зарегистрировался он под своим настоящим именем. Расстался с женой, вернулся на рынок, ищет модель поновее.

Ребус нахмурился:

– Насколько поновее?

– Ничего незаконного. Во всяком случае, незаконного я не нашла. Ищет кого-нибудь в возрасте от двадцати до тридцати.

– И как ты его отыскала?

– Он в Твиттере благодарил одного парня с работы за совет. Я прокрутила назад историю сообщений этого парня.

– Он когда-нибудь общался с Кристен?

– Если и да, то все следы общения могли удалить.

– А в случае Кристен и Далласа?

– То же самое. Прости, больше я ничем не могу помочь.

– Ты уже очень помогла.

– И еще кое-что. В Сети даже между друзьями приняты всякие подначки, и не всегда добрые. Одна из френдов Билли особенно жестоко наскакивает на нее. Ник – Суперша. Не уверена, что вне Сети Билли ее знает.

– Мы сейчас о чем говорим?

– Ну, под одной фотографией Билли оставлен комментарий, что Билли толстая и прыщавая. Такого рода наскоки. Довольно безобидные, всегда с эмодзи – улыбка или подмигивание. Но подобные комментарии девочку вроде Билли могут очень задеть.

– Кто эта Суперша, не знаешь?

– Тут интересный момент. – Эссон помолчала. – Мне кажется, это мать Билли.

– Что?

– Я могу полностью ошибаться, но эта Суперша, например, “смеяться” пишет как “смеяццо”. Именно так пишет в своих фейсбучных постах Шона Мейкл. Но не исключаю, что я просто слишком много их прочитала.

– А можно понять, кто эта Суперша в реальности?

– Нужен кто-нибудь, кто смыслит в технике больше моего. Я просто любительница.

– А я тогда кто?

– Зачем Шоне гнобить собственную дочь, вот вопрос.

– Я над ним подумаю.

– Хочешь, чтобы я копала дальше?

– Если тебя не затруднит.

– Меня это развлечет.

– Только смотри, чтобы в сталкинг не перешло.

Ребус услышал, как Эссон цокает языком.

– Кстати, – сказала она, – я даже решила проверить, нет ли тебя в соцсетях.

– Да? И?

– Ни одного аккаунта.

– Тебя это удивило?

– Ни капли. Но я же знаю, какой ты прижимистый…

– Ну-ну?

– А по Фейстайм можно звонить бесплатно.

– Я еще беспроводной телефон не освоил, Кристин. Не сбивай меня с толку.

41

– Я-то думала, что “Зомби против Храбрых сердец” – плохой фильм, – сказала Шивон Кларк. – Но по сравнению с этим “Зомби” просто “Девушка Грегори” [25].