Читаем В дни Бородина полностью

Деревоземляные острожки с пушками, примененные Михаилом Скопиным-Шуйским против крылатых польских гусар, являются реализацией той же идеи, только на техническом уровне начала семнадцатого века. Ту же тактику применил Петр Великий под Полтавой, заставив шведскую армию последовательно проходить мимо ряда выдвинутых вперед укрепленных острожков, в то время как засевшие в них русские стрелки и пушкари фланговым огнем избивали доселе непобедимые шведские батальоны.

Ворота, ведущие на «ту сторону», располагались за бывшим Шевардинским редутом и ставкой Наполеона, на утоптанном тысячами ног поле, где три дня назад русский арьергард дал бой французскому авангарду. Там у портала Кутузова со свитой уже ждал сам Артанский князь. Сначала он хотел прислать вместо себя майора Красной гвардии Половцева, но потом лично решил встретить дорогого гостя, чтобы соблюсти этикет. Сидящий в седле массивного дестрие князь Великой Артании, как и давеча, был обряжен в свой невзрачный мундир. Вместо позументов, золотого шитья и прочих побрякушек этот мундир со всех сторон был облеплен накладными карманами и увешан орудиями ратного ремесла. Впрочем, у «ворот» Артанский князь был не один. Также имела место и свита из двух мужчин и трех женщин, одетых аналогичным образом, также восседающая на первоклассных скакунах; причем одна девушка, как влитая сидевшая в седле превосходно арабского жеребца белой масти, одной рукой придерживала вставленное в специальный держатель древко алого знамени Великого Артанского княжества.

Поприветствовав гостей и выслушав ответные слова Кутузова, Артанский князь представил свих спутников. Один из мужчин (тот, который постарше) оказался его начальником штаба, второй мужчина и еще две девушки – офицерами для особых поручений, а та, что держала знамя – варварской принцессой, титул которой звучал как «Перворожденная дочь Великой Матери». На этом церемония встречи была закончена; и гости через длинный, обшитый досками коридор, мимо двух самодвижущихся боевых повозок, торжественно въехали в тридевятое царство тридесятое государство.

Первое, что поразило Михайлу Илларионовича на той стороне, была нестерпимая жара. Солнечный свет обрушивался с небес с такой силой, будто желал сжечь и испепелить непривычных к нему людей. В свое время Кутузов немало повоевал с турком в местах значительно более жарких, чем средняя полоса России; но даже по сравнению с теми местами жар в тридесятом царстве был чрезмерным, и с Кутузова и его спутников потекли струи пота. Поэтому первым делом Артанский князь сопроводил своих гостей к так называемому Источнику Прохлады, где они, спешившись, смогли хлебнуть по несколько глотков вкуснейшей ледяной воды, после чего на них сразу повеяло прохладой. Великий Артанский князь пояснил, что каждый из тех, кто отопьет из Источника Прохлады, обзаводится собственным заклинанием кондиционирования, которое будет работать ровно до тех пор, не покинет тридесятое царство. Но стоит быть осторожным и не пить из всех фонтанчиков подряд, потому что можно нечаянно нарваться на Источник Страсти, предназначенный для тех пар, которые желают изнасиловать друг друга по взаимному согласию со всеми вытекающими из этого последствиями. Горе тому, кто изопьет из Источника Страсти, не имея влюбленного в себя партнера противоположного пола. Ему потом небо с овчинку покажется. Как говорится, будьте внимательны и осторожны и во всем слушайтесь своего экскурсовода…

После Источника Прохлады компания разделилась. Офицер по особым поручения Гретхен де Мезьер взялась сопроводить генералов Коновницина и Костенецкого туда, где в ваннах с волшебной водой отходили от вчерашних ран их боевые товарищи, а сам Серегин вместе с Кутузовым и Кайсаровым решили проехать по всему заколдованному городу, чтобы русский главнокомандующий смог составить обо всем свое собственное впечатление. Встретиться они договорились через пару часов в штабе у Серегина, расположенном в башне Силы.

Четыреста шестьдесят четвертый день в мире Содома. Заброшенный город в Высоком Лесу.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский.