Читаем В дни Бородина полностью

Хлоп! – только что тут была Лилия в белом халатике, шапочке и со стетоскопом; и вот ее уже нет, остался только пыльный вихрик на том месте, где схлопнулся мгновенный межмировой портал. Та методика, которой для перемещения между мирами пользовались Лилия и ее родня, в общих чертах напоминала технологию подпространственных прыжков, которую практиковала межзвездная цивилизация «Неумолимого». Разница заключалась только в том, что «олимпийцы» гораздо лучше контролировали собственное тело, чем пилоты галактической империи свой корабль, а потому могли вытворять такое, что недоступно ни одной технике. При этом все то время, пока шел разговор, я имел честь любоваться сменой различных выражений на лице Михайлы Илларионовича. Не верящий своим глазам, озадаченный и изумленный Кутузов – это, знаете ли, нечто особенное, как и выражения лиц генералов из его свиты. Большее недоумение и изумление, наверное, мог бы вызвать только неподвижно зависший над Бородинским полем «Неумолимый».

– Сергей Сергеевич, – обратился ко мне генерал Кайсаров, который при Кутузове исполнял обязанности главного подхалима, – скажите, что это за прелестное дитя и почему оно все время называет вас отцом?

– Этому прелестному «дитю», – ответил я, – уже более тысячи лет возраста. На самом деле под личиной милого ребенка скрывается самая обыкновенная олимпийская богиня, которая, с одной стороны, считается бессмертной, а с другой стороны, может сохранять свой видимый возраст в тех пределах, которые для нее комфортны. Поскольку специализацией Лилии с момента рождения сделались первые подростковые любови, то она и выглядит как девочка, которая только собирается стать девушкой. И, пожалуйста, не ройтесь в памяти, пытаясь припомнить такую древнегреческую богиню. Лилия родилась уже в изгнании и почти неизвестна за пределами своего родного мира. Случилось это тогда, когда ее мать Афродита-Венера в очередной раз загуляла как кошка по весне и потом не могла припомнить ни мест, в которых побывала, ни мужчин с которыми спала. Официальный Афродитин супруг Арес-Марс, конечно же, был далеко не в восторге от поведения своей супруги и преизрядно ее поколачивал. Вдосталь тумаков доставалось и маленькой Лилии, существу особенно доброму и беззащитному, помимо своих основных обязанностей, склонному к занятию медициной. Что может быть благороднее, чем оказание помощи болящим и страдающим от ран. Кстати, бедная девочка так и не смогла реализовать свои медицинские таланты в родном мире, потому что все врачевание там подгреб под себя Асклепий с семейством, который не упускал момента шпынять Лилию за нарушение его монополии. Так продолжалось примерно тысячу лет, пока наши судьбы – мои, Афродиты, Лилии и Ареса – не пересеклись на узкой дорожке и я не свернул этому оглоеду шею, вступившись за слабую тиранимую женщину и ее ребенка. С тех пор Лилия, которая решила покинуть родной мир и отправиться в странствия вместе с моей командой, несколько иронично и зовет меня папочкой, намекая на обычаи тех народов, у которых мужчина, убивший в честном бою другого человека, бывал обременен необходимостью заботиться о его вдове и сиротах. Впрочем, по нашему счету, случилось это уже года полтора назад, и с тех пор Лилия, позабывшая о своих прежних обязанностях, полностью отдалась врачебной деятельности, проявив в этом немалые таланты.

– Да уж, Сергей Сергеевич, – задумчиво произнес Кутузов, – хоть и хочется поверить в ваш рассказ, но слишком уж он невероятен. С другой стороны, сегодня вы наворотили на этом поле столько всякого разного, закончив это сражение с совсем неожиданным для нас итогом, что я даже не знаю, что в вашем рассказе правда, а что не очень. Был во времена моей молодости граф Калиостров, который тоже болтал нечто подобное; люди ему верили, а в результате все оказалось грандиозной мистификацией. Вы, пожалуйста, не обижайтесь на старика, возможно, вы кристально честны, а ваше повествование – образец правдивости, но для нас ваши слова звучат как самая настоящая сказка. Конечно, ваши ужасные боевые механизмы, поставившие такую впечатляющую точку в сегодняшнем сражении, выглядят еще более невероятно, чем ваш рассказ о личном знакомстве с олимпийскими богами, но их хотя бы можно пощупать своими руками и убедиться в том, что это не морок…

– Нет ничего проще, Михайло Илларионович, – пожав плечами, ответил я, – чтобы вы могли убедиться в моей полной правдивости, возможно организовать ваш официальный визит на нашу базу в Тридесятом царстве, где происходит лечение раненых в этой битве, чтобы вы могли убедиться, что все так и есть, а заодно пожать руки русским солдатам и офицерам, которые, как и положено русским воинам, храбро и беззаветно сражались сегодня с лучшей армией Европы. Но сразу предупреждаю, что щупать встреченных античных богинь с целью убедиться в истинности их существования все-таки нежелательно. В ответ можно получить пощечину или даже кое-что похлеще…

Кутузов некоторое время помедлил, потом произнес: