Читаем Утятинский демон полностью

Заплатив бешеные деньги за такси, Татьяна Ивановна с трудом вскарабкалась на свой третий этаж и наконец-то переступила порог родной квартиры. Было здесь пыльно и холодно: отопление ещё не включили. Скинув одежду у порога, она упала на кровать и отключилась.

Только оказавшись дома, она поняла, что больница – не просто приют. Без уколов боли усилились, температура превысила все пределы. Проваливаясь в какой-то немыслимый бред, она слышала какие-то голоса, видела своих утятинских подруг, разговаривала с ними. Сколько провела в квартире, она себе не представляла. Но, очнувшись однажды, поняла: всё. Ещё одного дня ей не пережить. И тут в дверь позвонили. Татьяна Ивановна поняла: только тот, кто звонит, может её спасти. Она встала и пошла к двери, сбивая всё на пути. Ей казалось, что путь до входной двери бесконечен. Но звонки не прекращались. И Татьяна Ивановна всё-таки дошла.

Последнее, что она видела, – это склонившиеся над ней лица соседки Ирины Михайловны и бывшего участкового Петра Ивановича. И голоса: «скорую»; «скорая наркоманку не возьмёт»; «господи, где же Татьяна Ивановна».

ЛЕГЕНДА

– Вы меня слышите?

– А?

– Как вас зовут?

– Татьяна Ивановна…

– Как?

– Татьяна Ивановна, – повторила она и тут вспомнила обо всем, что случилось в последний месяц с ней. И сразу включилась ее способность выворачиваться из неудобных положений. – Где Татьяна Ивановна?

– Это я вас должен спросить, где Татьяна Ивановна.

Теперь она видела, что с ней разговаривает кто-то знакомый в белом халате.

– А вы кто? И где я?

– Я – врач. А вы в больнице.

– Как в больнице?

– А вы что, никогда в больнице не лежали?

– Я лежала… Я выписалась, когда тетя Таня позвонила…

– Ну, понятно, откуда у вас следы инъекций… Что вам кололи, знаете? Чем болели?

– Кололи… капельницы какие-то ставили… и еще анальгин… кажется… И антибиотики… не знаю, какие.

– Что у вас болит?

– Все… болит…

– Диагноз какой?

– Не знаю…

Послышался какой-то шум, скрип дверей, потом голос Ирины Михайловны:

– Что она сказала? Где Татьяна Ивановна?

– Поговорите с ней сами.

Татьяна Ивановна увидела над собой лицо соседки:

– Грета, ты меня узнаешь?

Конечно, узнала. Но решила, как в юности говорил Густик, «прикинуться шлангом гофрированным».

– Вы… из пятой квартиры…

– Да, хоть это помнишь. Ирина Михайловна меня зовут. Эх, Маргаритка, как тебя жизнь непутевая поиздержала. Тебе лет-то сколько? Двадцать?

– Двадцать четыре.

– А выглядишь на все сорок.

Помолчали. «А неплохо, – подумала невольно Татьяна Ивановна. – Месяц в таких муках – и выгляжу на сорок при своих шестидесяти».

– Вот они, наркотики-то.

– Да не употребляю я наркотики! Хотите – проверьте кровь!

– Не употребляет, точно. Анализы готовы. Ничего предосудительного.

– И все равно. Что ж ты тогда тетке вестей не подавала? Она же мучилась.

– Я сначала хотела на ноги стать. И не хотела, чтобы она меня опекала.

– Ну, и встала на ноги-то?

– Я работала сиделкой в семье предпринимателей. Потом заболела и попала в больницу.

– Чем заболела-то?

– Не знаю. Поднялась температура, болело все тело. Кожа воспалилась. И меня положили… в инфекцию. А полиса медицинского у меня не было.

– У Татьяны Ивановны полис твой был. Здесь, в больнице. Передали сюда уже.

– Да? – Татьяна Ивановна лихорадочно вспоминала. Действительно, несколько лет назад в регистратуре они решили поделить одну ставку между собой. И Татьяна Ивановна принесла Маргаритину трудовую книжку. Так что числилась она регистратором в поликлинике. – Ну да, я же частным образом работала в семье, без оформления документов. Поэтому все документы хранились у тети Тани. Я просто забыла. Я звонила ей месяц назад.

– Да она уже месяц как пропала.

– Ничего не пропала. Сначала она уехала в Утятин. Потом вернулась в Москву и заболела. Вернее, не заболела, а попала в аварию…

– Какую аварию? Да что из тебя все клещами надо тянуть!

– Она попала под машину.

– Господи!

– Да там ничего страшного. Небольшое сотрясение и ушибы. Она немного полежала в травматологии, потом ее перевели в онкологию.

– Это еще зачем?

– А вы что, не знаете? У нее же рак!

– Сама ты…

Тут вмешался врач.

– Она у нас на учете по онкологии.

– Я не знала… Вот скрытная какая! Что же она так…

– Тетя Таня не любила сочувствия.

– Да что же ты о ней в прошедшем времени? Жива она?

– Жива… была. Я у нее была… А какое сегодня число?

– Семнадцатое.

– Господи, – подскочила Татьяна Ивановна. – Это сколько же я провалялась!

– Одиннадцатого числа вас привезли…– выглянул из-за плеча Ирины Михайловны врач.

– Значит, дома я лежала…четыре дня.

– Да, я услышала шум в квартире. Раньше-то у меня ключи были, а перед отъездом Татьяна Ивановна замки сменила. Из-за такой же вертихвостки, как ты. Поди, твоя родня?

– Да, Гайда, кузина.