Большой успех Герасимову принесли фильмы, вышедшие на экран во второй половине 30-х годов: «Семеро смелых», «Комсомольск», «Учитель».

В 1941 году, экранизировав «Маскарад» М. Ю. Лермонтова, Герасимов как кинорежиссер показывает свою приверженность к добротной литературной первооснове. Как теоретик кино он всегда призывал учитывать опыт художественной прозы, использовать ее законы в киноискусстве.

В годы Великой Отечественной войны Сергей Аполлинариевич Герасимов занимает пост заместителя председателя Комитета кинематографии по военной хронике, одновременно являясь директором Центральной студии документальных фильмов. Не прекращает он и творческую работу: в военное время им поставлены художественные фильмы «Непокоренные» (совместно с М. К. Калатозовым) и «Большая земля».

Фильм «Большая земля» был задуман режиссером (он же автор сценария) еще во время войны с белофиннами. Выступая тогда перед рабочими ленинградского завода имени Кирова, Герасимов говорил, что будет ставить картину о семье, строящей новый быт, свободный от пережитков... Вспыхнувшая война разлучает мужа и жену. Находясь друг от друга вдали, они живут единой целью — приблизить разгром врага.

С началом Великой Отечественной войны замысел претерпел изменения. Действие было перенесено на Урал, куда эвакуировался из Ленинграда оборонный завод, другим стало и время действия — осень—зима 1941 года.

Создавая киносценарий, Герасимов полагал, что главным героем картины будет директор завода ленинградец Аникеев. Однако в ходе съемок в центре внимания оказалась Анна Свиридова, молодая женщина из уральского городка, верная, любящая жена, человек трудолюбивый и душевно щедрый.

Много лет спустя, вспоминая о работе над «Большой землей», Герасимов отмечал: «В ней (кинокартине.— Ред.) есть сцены, которые по сей день мне дороги своей достоверностью. В показе традиционных отношений между старшими и младшими, между мужем и женой, в поведении молодежи, в песнях, в плясках, в мельчайших деталях быта раскрывалось не только общее, но и то, что отличало именно Урал, характеризовало его как рабочий край».

Успех фильму обеспечила не только режиссура, но и игра актеров Т. Макаровой (Анна), В. Добровольского (Аникеев), М. Бернеса (Козырев).

В послевоенный период все более проявляется тяготение Герасимова к форме киноромана. Им экранизированы «Молодая гвардия» А. Фадеева, «Тихий Дон» М. Шолохова. Как и раньше, ставились фильмы, написанные по собственному сценарию: «Журналист», «У озера», «Любить человека» и др. Четыре картины были удостоены Государственной премии СССР.

Герасимов — депутат Верховного Совета СССР двух созывов и Верховного Совета РСФСР также двух созывов, он член президиума Советского комитета защиты мира.

БОЛЬШАЯ ЗЕМЛЯ[8]

(Киносценарий)

Один из многочисленных уральских заводских поселков в августе 1941 года. Война гремит по всему фронту от моря до моря. Но здесь, на горбатой заводской улице, совсем мирные еще стоят дома, в окнах свет. Здесь не знают звука вражеских самолетов, не слышали свиста падающих бомб, и где-то совсем по-мирному гармонь играет быструю уральскую кадриль. В доме Егора Степановича Свиридова собрались гости проводить хозяина на фронт. Егор Степанович — мужчина 35 лет — человек, хорошо известный в поселке, и потому проводить его собралось много народу, тем более что на фронт он уходит не один, а вместе с приемным братом своим Коськой Коротковым, прожившим в доме Егора Степановича все двадцать лет своей жизни. Именно здесь и играют два баяна, и молодые люди, среди которых многие сегодня вместе с хозяевами уходят на фронт, танцуют со своими симпатиями старинную уральскую кадриль. Общество разделилось на две половины. Отдельно от молодежи — около стола, где шумит самовар,— ведут разговор взрослые и пожилые мужчины, а женщины сидят чуть в стороне молча, не мешая мужчинам пустой болтовней.

Разговор идет о войне. Беседу ведет Василий Тимофеевич Черных — мужчина лет 55, не успевший еще стать стариком. По природе своей человек военный, он до сих пор живет воспоминаниями трех отвоеванных войн.

— В гражданскую, в гражданскую!..— говорит он, не торопясь.— В гражданскую, конечно, другое дело. Та война удобнее была. Враг был хорошо известен. Повадки у него были обыкновенные. Ну, и в нашей армии народ не балованный был. Своего мало что имели, а все больше буржуазное. Надо было еще отвоевать.— И, помолчав, добавил:— Теперь свое...

В разговор вмешался Костя Коротков. Он отошел от девушек, чтобы налить себе у стола 50 граммов водки, и, услышав последние слова Василия Тимофеевича, не спросясь, сразу же влез в разговор.

— Скажете тоже, дядя Василий! — заявил он бестактно.— Ей-богу, просто смех! Что значит «теперь свое»? Хуже, что ли, свое-то?

Василий Тимофеевич строго взглянул на Костю и, помолчав, сколько следовало, сказал ему:

— Для хороших людей оно лучше, но частично народ избаловался. Не имеет ясного понятия, откуда что.

И снова строго посмотрел на Костю.