Читаем upload полностью

– Ошибаешься. Джеймс был убит очень древним «проклятием василиска». Он умер, встретившись с тобой взглядом и притянув к себе твою магию, которая и прикончила его, – Альбус сделал паузу, позволяя Грюму осознать услышанное.

– Он был мертв, когда я зашел в прихожую, где он лежал, – упорствовал Аластор, не желая верить, что его и здесь подставили.

Грюм знал о проклятии, которое упомянул Дамблдор – магически сильные убийцы иногда пользовались им. Самое сложное и ненадежное в его применении заключалось в том, что оно отменялось обычным Фините. А значит, жертву следовало не только обездвижить, но и воспользоваться специальным заклинанием, чтобы она не могла закрыть глаза, а заодно и лишить возможности разговаривать до того, как она встретится с кем-нибудь взглядом. К тому же слезы тоже мешали срабатыванию этого заклятия, поэтому время реального действия этих изысканных чар – всего какая-то минута после применения заклинания для глаз. Преступник очень рискует при этом попасться, особенно если желает убедиться, что «проклятие василиска» сработало. Случай же с Джеймсом Поттером был удобен для их использования. Аластор ведь не ожидал, что Альбус решит его подставить.

– Нет. Он не был мертв, когда ты только увидел его – валяющегося внизу лестницы. Его убил ты, позволив вашим взглядам встретиться. И это можно доказать, обнаружив даже через столько лет остатки твоей личной магии на амулетах, которыми он был увешан, хоть это и не спасло его от моего колдовства, – Дамблдор прошелся по комнате туда-сюда, позволяя Грюму еще раз вспомнить все хорошенько и проанализировать сложившуюся ситуацию. – Если ты захочешь утянуть меня с собой, я, конечно, пойму. Но не забывай, что я никогда не оставляю спину неприкрытой. Любой наш разговор в прошлом я сумею перед судом интерпретировать в свою пользу. И для этого найдутся свидетели. Ты же признавался, что с детства восхищался моим умом, поэтому должен понимать: все сказанное мной – правда.

– Но я могу рассказать об этом разговоре, – использовал последний довод Грюм, уже понимая, что проиграл.

– Нет. Мы позаботимся, чтобы ты не сделал ошибку. Мне нужна от тебя клятва о неразглашении, – Дамблдор выразительно повертел волшебную палочку в руках. – Аластор, не вынуждай меня на крайние меры, – на удивление, тон, с которым Дамблдор угрожал, был мягким и лишь чуточку насмешливым, словно он бранил за съеденные перед обедом сладости. – Давай продолжим наше сотрудничество, не допускавшее сбоев много лет.

Грюм, помедлив с минуту, поклялся, как того от него и требовали. Умирать прямо здесь и сейчас ему не хотелось.

– На заседании, если тебя все же вызовут в свидетели, ты будешь строго придерживаться прежних договоренностей и не станешь упоминать о потерянном ребенке миссис Лестрейндж и тому подобном. И еще… – Альбус прищурился, будто раздумывал, стоит ли озвучивать свой приказ. – Я уже предупредил Блэка, теперь и тебе скажу то же самое – уговорите Поттера… Гарри Поттера вступить в Орден Феникса. Ты в этом жизненно заинтересован. Представь, что случится, если мальчишка взбрыкнет… А он открыто заявил, что мне не понравится, если я заставлю его выбирать сторону в противостоянии. Так вот, если он переметнется к ортодоксам, то ему может взбрести в голову и проверить, от чего умерли его родители. Темная магия весьма искусна в том, чтобы отыскивать ответы у мертвых. Так что я ожидаю твоего содействия еще и в этом вопросе – Поттер обязан подчиниться мне. Как вы с Блэком это сделаете – ваша забота. Уговаривайте, заставляйте, Империо используйте – мне все равно. Но до лета мальчишка должен согласиться стать моим союзником по крайней мере в глазах общественности. У вас есть пара месяцев, – бросил Дамблдор и, не дожидаясь ответа, покинул комнату.

Аластор еще некоторое время не мог сдвинуться с места, словно его придавило тяжестью осознания собственного положения – мнимой дружбе с Альбусом пришел конец. Не рискнув отправиться в таком состоянии на работу, Грюм вернулся домой, надеясь хорошенько обмозговать свои дальнейшие действия. Первое, что приходило на ум – это спрятаться в Блэк-хаусе вместе с Сириусом и не показывать носа там, где до него способен дотянуться Альбус.

***

Аластор метался по своей комнате, будто зверь, запертый в клетке, когда к нему без стука вошел Блэк и язвительно поинтересовался, что его так разозлило и огорчило, заставляя грохотать своим протезом на весь дом. Узнав о клятве, которую пришлось дать Грюму, Сириус ненадолго задумался, а затем озвучил свои выводы: