Читаем Unknown полностью

Он усмехается, беспечно жертвуя собой. Ну прямо Кларк Кент во плоти.

— Я больше не хожу в спортзал. Они не смогут украсть мою одежду и смыть ее в унитаз.

— Они могут побить тебя.

— Ты волнуешься? — Он гладит меня по плечу. — Это очень мило, Бет. Увидимся на занятиях хора.

Хор. Школьный хор. Не такой как в Энн-Арбор. Не тот хор, в который я просила маму позволить мне пойти на прослушивание с тринадцати лет. Никаких девочек с духом соревнования внутри, где я просто сижу позади и закрепляю альты. Не тот хор, из-за которого я вынуждена ехать сотни миль по Детройтским пробкам трассы I-94 каждый вторник и четверг на репетиции в холодную церковь. Мы не «Блаженные Молодые Певцы Энн-Арбор». Хора, ради которого я живу. Хора, который уводит меня от той, кто я есть, к той, которой я должна быть. Красивой? Может быть. Не это ли то, чего желают все? Ну конечно все также хотят любить. Я окружена такой сильной ненавистью, что даже не представляю, какая она, любовь. Это не в моей компетенции.

Скотт только и говорит о том, как наш школьный хор старается изо всех сил. Это что-то вроде шутки. Здесь всемогущ оркестр. Хор только убивает время. Ничего сложного. Музыка есть музыка. Петь значит петь. Отсрочка от безумия. Никаких старших парней-спортсменов. В школе сейчас около тысячи детей, а здесь всего восемь человек в группе, так что я сижу рядом со Скоттом и пою тенором. У меня низкий голос и абсолютный слух, поэтому я вполне легко считываю ноты. Я могу петь и высоко. Я могу петь так высоко, как никто не может, если захочу. Я помогаю сопрано и альтам, когда мы прорабатываем детали. Они просто лишаются самообладания, когда я возвращаюсь к тенору

Скотт не умеет петь, но старается. Я спросила его как-то, почему он посещает хор. Любому парню, кто посещает хор, Колби, его дружки, да и вся школа мгновенно наклеивают ярлык гея.

Скотт немного краснеет.

— Так я могу слушать, как ты поешь.

Это возможно самая милая вещь, которую мне когда-либо говорил парень. Но это Скотт не серьезно. Я подыгрываю.

— Берегись. Ты погубишь свою репутацию.

Он делается серьезным.

— Я не гей, Бэт.

— Конечно, нет.

Он собирался было сказать еще что-то, но только покачал головой и ушел.

Позволю вам подумать, что я не уродка.

Но вернемся к этому утру. Скотт прошел половину коридора, но я легко догоняю его. Длинные ноги Чудовища перекрывают чужие шаги с лихвой.

— Скотт, спасибо тебе. Школа была бы без тебя адом.

Он выставляет руку вперед, словно он сопровождающий принцессы выпускного бала.

— Мое почтение, мадам.

Не смелый, слабый смешок вырывается из моих уст. Я опускаю свою руку на его и позволяю ему вести меня по коридору, благодарная за поддержку.

Он улыбается мне. Теперь у него тоже нет брекетов. Зубы недавно побелели. Даже слегка ослепительны.

— Интересно, что думают люди, когда мы идем по коридору вместе. — Я смеюсь на этот раз. — Красавец и Чудовище. Доктор Намар великолепно поработал над твоим лицом.

У нас общий дерматолог. Чуда чистой кожи для меня еще не произошло. Доктор Намар продолжает стараться. Он сказал, что шрамов будет по минимуму, но у меня же есть глаза.

Скотт останавливается и поворачивается ко мне. На его лице появляется мечтательное выражение.

— Красавец и Чудовище? То есть, если мы станцуем под светом Луны…

— … тогда тебе лучше притащить табуретку.

— По-моему, одна на колесиках есть в библиотеке.

— Не против, если я поведу?

И тут я немею. Гигантская девочка и по-гномьему милый, маленький Скотт. Я отпускаю его руку и иду вперед, опустив голову вниз, снова уходя в себя. Мои плечи приходят в их обычное положение — сутулятся.

Скотт спешит догнать меня.

— Я хочу знать, — он хватает меня за локоть, заставляя остановиться, — если я тебя поцелую, когда музыка остановится, — он становиться на носочки и шепчет мне на ухо, — станешь ли ты моей прекрасной принцессой?

Я фыркаю.

— Мечтай! Никакая магия не сможет нам помочь. — Я отступаю и поглубже прячусь в свой капюшон чудовища.

Скотт улыбается.

— Я был бы не против поэкспериментировать.

Мне не нравится, когда он так делает.

— Ты не хочешь потратить свой первый поцелуй на меня. Ты мог бы поразить половину достойно выглядящих новичков и легко разделаться с этим. — Я направляюсь в класс. — Взгляни в зеркало.

Он догоняет меня, хмурясь.

— Как бы я хотел, чтобы ты преодолела все эти предрассудки о внешности.

Я неодобрительно смотрю на него.

— Скотт, посмотри на меня! — Я отвожу свои волосы от лица обеими руками достаточно долго, чтобы он увидел мой пугающий взгляд. — Как я могу преодолеть эти предрассудки? Я — Чудовище.

— Если ты веришь в это, значит, они победили.

— Очнись и оглянись вокруг! — Я складываю руки на груди, стараясь контролировать эмоции, бьющие из меня ключом. — Они давным-давно победили.

Глава 2. Уродина «в голосе»