Сбегая по лестнице вниз, я услышала донесшийся до нас яростный вопль: до Михаила, видимо, дошло, что случилось.

Мы сели в машину и поехали домой. Ольга была какая-то задумчивая и рассеянная.

– О чем думаешь? – первой нарушила я молчание.

– Да все об этом деле, – вздохнула она. – Я думаю о той девушке, с которой встречался Вадим. Ведь Катя, его сестра, говорила, что что-то там нечисто. В смысле, не так, как обычно, не просто любовь на стороне. Хорошо бы узнать, что это за девушка?

– А почему ты так уверена, что это именно с ней встречался на квартире у Никиты Вадик? Может, это просто Михаилу так показалось? Он же не видел своими глазами. Если он был с девушкой, то, скорее всего, она его и убила. А зачем? Каковы мотивы?

– Ох, ну откуда мы можем это знать! Человеческие отношения – это такая пропасть…

Ольга задумчиво закатила глаза, и я поняла, что сейчас услышу целую лекцию на тему человеческих взаимоотношений. Слушать это мне не хотелось совершенно, поэтому я быстренько перебила сестру:

– Я сейчас о другом думаю. О ключе. Каким ключом открыли дверь в квартиру Караваева? Тем ли, который Михаил взял у Никиты, или другим? Мишин ключ, скорее всего, забрал убийца. И еще. Я думаю, был ли сам Караваев в тот вечер в квартире? Вполне может быть так, что был, но не убивал. И еще. Почему он молчит? Почему не оправдывается? Почему не называет человека, с которым должен был встретиться в тот вечер? Это уже скорее вопрос к тебе.

– Почему ко мне? – удивилась Ольга.

– Потому что ты психолог! Ты должна понять, почему он молчит вместо того, чтобы обеспечивать себе алиби.

Ольга напряглась и на несколько минут отключилась.

– Я думаю, – наконец, сказала она, – что так вести себя может человек, который хочет кого-то выгородить. Взять вину на себя.

– Ты хочешь сказать, он знает, кто убийца?

– Возможно. Или не знает, но догадывается, а этот человек ему дорог.

– Но кто может быть ему дорог? Жена?

– Вероника? Да, конечно, но не думаю, что это она.

– Тогда кто? Друг? Знаешь, Оля, я, конечно, очень дорожу дружбой, но не очень-то верю, что можно так запросто взять на себя вину друга. Для этого поступка должны быть еще какие-то причины. Да, скорее всего, придется встречаться с Караваевым. И встречаться придется тебе.

– Почему мне? – снова спросила Ольга.

– Потому что ты психолог, – снова пояснила я.

– И что я должна буду там делать?

– Постараться по его поведению понять, почему он молчит. А главное, попытаться вытянуть его на откровенный разговор. Хорошо было бы, если б тебе удалось расколоть его. Ну, чтобы он рассказал всю правду: кто его просил о встрече, где должна была проходить эта встреча, где он был на самом деле.

– Ты знаешь, Поля, я совершенно не уверена, что мне удастся это сделать, – покачала головой Ольга.

– Господи, Оля, ну хотя бы попробуй! Что тебе стоит? Ведь нельзя же сидеть сложа руки, так ведь наше следствие зайдет в тупик! Вернее, оно уже туда зашло! Мы ведь не знаем, что делать дальше. За какую ниточку хвататься? У нас на подозрении только какая-то таинственная девушка, о которой совсем ничего неизвестно, и ее никто в глаза не видел. Где ее искать – ума не приложу! Сергушин ни при чем, в Веронике ты уверена… Хотя мне не очень понятно, почему. Возможно, придется заняться Вероникой. Но с Караваевым тебе поговорить придется. Оля, другого выхода нет.

– Поля, но если он сидит в СИЗО, то нас так просто туда не пустят! На каком основании?

– Насчет этого я поговорю с Жорой, думаю, он поможет. Поломается, но поможет. Представит это как очную ставку или как там еще ээти дела называются, не знаю. Неважно, в общем, как, это уже Жорины проблемы. Так, надо его быстренько навестить. В общем, так, Оля. Сейчас я отвезу тебя домой, а сама поеду к Жоре. Договорюсь с ним и позвоню тебе. А ты будь дома: неизвестно, когда Жора сможет оформить эту встречу. Хорошо бы прямо сегодня, – размечаталась я.

– Ну ты даешь! – воскликнула Ольга. – Прямо сегодня! Я не уверена, что он сможет оформить это через неделю-другую – все-таки дело важное!

– Это у тебя на самое простое дело может уйти две недели, а я все быстро сделаю. Наеду хорошенько на Жору – и все!

– Бедный Жора! – вздохнула Ольга, но я махнула на нее рукой.

Нечего раньше времени о плохом думать! Придется Жоре постараться ради меня.

Помню, когда мы еще не были женаты, Жора ради меня в окошко лазал, на четвертый этаж. И цветы мне в форточку кидал. А тут – подумаешь, встречу с подследственным организовать – делов-то!

Так я и сказала Ольге. Но она всегда была пессимисткой и не разделила моих надежд. Ну и ладно! Посмотрим, кто окажется прав. Уж с Жорой-то я всегда умела находить общий язык. Подход к нему надо знать. А Ольга вот не знает, хоть и психолог.

Я довезла Ольгу до ее дома, еще раз напомнила, чтобы она никуда не ходила, а сама поехала к Жоре.

ГЛАВА ПЯТАЯ (ОЛЬГА)

Когда я поднялась к себе и вошла в квартиру, то больше всего на свете мне захотелосьь лечь и уснуть. Даже есть не хотелось, да у меня особо и нет ничего в холодильнике.