Читаем Улица Светлячков полностью

— Если бы ты могла изменить в своей жизни всего одну вещь, что бы это было?

— Мара, — печально ответила Кейт. — Я все бы отдала за то, чтобы мы снова стали подругами, чтобы она вела себя нормально.

И тут на Талли вдруг снизошло магическое озарение. Она знала, как все исправить!

— А что, если тебе прийти на мое шоу? Тебе и Маре? Мы могли бы сделать раздел, посвященный отношениям дочерей с матерями. Лучше, если это будет прямой эфир, чтобы Мара знала, что никакого монтажа не будет. Она поймет, что ты ее любишь, поймет, как ей повезло с матерью.

В секунду Кейт словно помолодела лет на десять.

— Думаешь, это сработает? — с надеждой спросила она.

— Ты же знаешь, как Маре хочется, чтобы ее показали по телевизору. Она никогда не позволит себе предстать в плохом виде перед камерой. Волей-неволей ей придется тебя выслушать.

Казалось, предложение Талли вдохновило Кейт. Она оживилась и повеселела.

— Что бы я делала без тебя, Талли?

Улыбка Талли была шире ее лица. Она поможет своей лучшей подруге, может быть, даже спасет ей жизнь. Как они и обещали друг другу много лет назад.

— Этого мы никогда не узнаем.

— А твои гримеры сумеют скрыть мои морщины?

Талли рассмеялась:

— Поверь мне, когда они закончат свою работу, ты будешь выглядеть моложе Мары.

— Замечательно!

Кейт вернулась из спа в приподнятом настроении. Едва она переступила порог своего дома, Мара накинулась на нее с претензиями по поводу какого-то мероприятия, на которое она не может пойти из-за необходимости быть дома вовремя. Но слова ее впервые были как стрелы, которые упали на землю, не достигнув цели.

«Скоро, — подумала Кейт с тихой улыбкой, — очень скоро мы снова найдем путь друг к другу».

Кейт разделась, приняла ванну, а потом заглянула в комнату близнецов. Кейт почитала им сказку на ночь. Мальчики уже засыпали, когда в дверь просунулась голова Джонни.

— Тссс, — сказала Кейт, закрывая книгу.

Поцеловав макушки сыновей и накрыв их получше, Кейт вышла к мужу.

— Надеюсь, вы с Талли хорошо провели время?

— Отлично. У Талли есть план…

Внизу зазвенел дверной звонок.

— Я открою, — послышался голос Мары.

Джонни и Кейт нахмурились.

— Вечер воскресенья, — сказала Кейт. — Ей же запрещено приглашать гостей, если наутро в школу.

Но, спустившись вниз, они увидели мистера и миссис Муларки, вносящих в дом чемоданы.

— Мама? — удивилась Кейт. — Что происходит?

— Нас прислала Талли, чтобы мы приглядели недельку за малышней. У дома стоит машина, которая отвезет тебя в аэропорт. Талли велела всем прихватить купальник, плавки и солнцезащитные очки. Это все, что вам надо знать.

— Я не могу оставить работу, — запротестовал Джонни. — Мы делаем интервью с сенатором Маккейном.

— Талли — твой босс, разве нет? — сказал Бад. — Думаю, если она говорит, что ты отправляешься в отпуск, то ты отправляешься в отпуск.

Кейт и Джонни переглянулись. Они ни разу в жизни не проводили отпуск без детей.

— Это должно быть здорово, — улыбнулся Джонни.

А потом они носились по дому, составляя списки, пакуя вещи, записывая телефонные номера. А когда сборы были закончены, поцеловали спящих детей и Мару, поблагодарили родителей Кейт и направились к ожидавшему их лимузину.

— Талли ничего не делает наполовину, — заметил Джонни, забираясь в обитый велюром салон.

Кейт уютно устроилась рядом с мужем.

— Я уже почти расслабилась, а ведь мы пока еще в пути.

Мотор машины приятно заурчал.

— Вы знаете, куда мы едем? — спросил Джонни у водителя.

— Билеты на самолет в кармашке перед вами, — ответил тот.

Джонни вынул конверт и вскрыл его.

— Кауаи, — сказал он.

Именно на этом острове они провели когда-то свой медовый месяц. Кейт, закрыв глаза, представила себе колышущиеся пальмовые листья и розовый песок Анини-Бич.

— Засыпать нечестно, — потормошил ее Джонни.

— А я не сплю, — повернувшись, Кейт склонила голову на плечо мужа. — Спасибо, что помог Талли похитить меня.

— Я беспокоился о тебе.

— Я и сама о себе беспокоилась. Но мне уже теперь лучше.

— Насколько лучше?

Кейт поглядела на перегородку, отделяющую салон от водителя:

— Опусти стекло, и я тебе покажу.

— Мы говорим о сексе?

— Мы говорим о сексе, — подтвердила Кейт, расстегивая его рубашку. — И если ты нажмешь эту чертову кнопку, мы сможем наконец от слов перейти к делу.

На лице Джонни засияла улыбка.

— Уже нажимаю.

Кейт и Джонни вернулись домой свежие и отдохнувшие за день до Великого Эфира. На следующее утро Кейт проснулась рано, пошла в туалет и вдруг поняла, что не сможет снова заснуть.

В доме было темно и тихо. Не включая свет, она стала обходить комнату за комнатой, собирая валявшиеся на полу игрушки. Кейт все еще не могла до конца поверить в то, что должно было произойти сегодня. Она так долго ждала и так усердно молилась об изменении их с Марой отношений, что почти потеряла надежду. Но Талли вернула надежду Кейт. Даже Джонни был настроен оптимистично. Он сделал так, как просила, вернее, как приказала Талли, и отказался от всякого контроля над сегментом, в котором должны были принять участие его дочь и жена. На этом эфире Джонни должен был быть просто зрителем в зале, отцом, поддерживающим свою семью.