Читаем Улица Светлячков полностью

Улица Светлячков

«Дорогая Талли!

Я знаю: ты не сможешь выдержать мои чертовы похороны, ведь звезда сегодня не ты. Надеюсь, ты хотя бы отдала подретушировать мои фотографии. Есть так много вещей, которые я должна тебе сказать, но за нашу жизнь мы все их уже сказали друг другу.

Позаботься ради меня о Джонни и детях, хорошо? Научи мальчишек быть джентльменами, а Мару — быть сильной. Когда дети будут готовы, дай им мой альбом и расскажи обо мне, когда они спросят. Расскажи им правду. Я хочу, чтобы они знали все.

Знаю, тебе сейчас тяжело. Об этом я жалею больше всего. Поэтому вот что я хочу сказать в своем „письме из могилы“ (звучит слишком мелодраматично, не находишь?):

Я знаю — ты сейчас считаешь, что я бросила тебя. Но это неправда. Тебе достаточно лишь вспомнить улицу Светлячков, и ты снова меня обретешь.

Ведь мы навсегда остались и останемся „Талли-и-Кейт“».

Письмо было подписано: «Лучшие подруги навсегда. Кейт». И рядом с подписью было нарисовано сердечко.

Талли крепко прижала бумагу к груди и снова заглянула в черную коробку. Там лежало всего три вещи.

Сигарета «Вирджиния слимз», вокруг которой был наклеен желтый стикер с надписью «Выкури меня!».

Фотография Дэвида Кэссиди с автографом и надписью «Поцелуй меня!».

И iPod с наушниками и стикером с надписью: «Включи меня и танцуй!».

Талли рассмеялась сквозь слезы и зажгла сигарету. Затянувшись, она закашлялась на выдохе. Запах сигареты тут же вызвал в памяти воспоминания о том, как они лежали на берегу реки Пилчук, привалившись к стволам поваленных деревьев, и смотрели на Млечный Путь.

Талли закрыла глаза, откинула голову на спинку скамейки и подставила лицо неяркому осеннему солнышку. Ветерок коснулся ее лица и взъерошил ей волосы.

«Привет от Кейти», — подумала она.

И неожиданно почувствовала подругу рядом с собой, над собой, вокруг себя и внутри себя. Она слышала Кейт в шепоте ветра над головой, в шуршании желтых листьев, падающих на землю.

Открыв глаза, Талли чуть не задохнулась от этого удивительного ощущения: она была не одна.

— Привет, Кейти! — прошептала она, вставила в уши наушники и нажала на кнопку воспроизведения.

В уши ударила мелодия «Танцующей королевы», перенеся ее назад во времени.

«Ты молода и прекрасна. Тебе всего семнадцать лет».

Талли встала, толком не понимая, плачет она или смеется. Она знала только, что она не одна, что Кейти ее не покинула. У них было тридцать лет, были и хорошие, и трудные времена, и все, что только можно себе представить; и ничто на свете не способно этого отнять. У них была музыка, у них были воспоминания, и они всегда будут вместе.

Лучшие подруги навсегда!

И, стоя посреди улицы в полном одиночестве, Талли начала танцевать.

Перейти на страницу: