— Ну, честно говоря, что-то в этом роде, — Люк замялся.

Джейн Кушман нахмурилась.

— Нет, Люк, мое приглашение не прихоть, а тонкий расчет. Раз уж они сюда заявились, то намерения у них самые серьезные. Я тоже настроена решительно. Так зачем тратить время на пустую болтовню с ними? Я думаю, что за две недели мы все выясним: или докажем, что они воры, и упечем их в тюрьму, или найдем доказательства того, что Тесс Алкотт — моя внучка.

— Хорошо, я не буду больше спорить. Как только эта красавица мисс Алкотт сделает хоть один неверный шаг, на ее изящных ручках защелкнутся наручники. И потом еще долго-долго она будет видеть шоколад только во сне. Однако завтра мне придется переехать к вам в дом. Я не хочу оставлять вас одну.

— Да-да, конечно, — понимающе улыбнулась Джейн. — Так будет лучше.

4

Тесс сидела на переднем сиденье рядом с Бертом. Он вел «Линкольн» с мрачной физиономией, не проронив за всю дорогу ни слова. Тесс чувствовала, что он не на шутку разозлен и вот-вот разразится буря. А Берт в гневе страшен, она это знала, но, как ни странно, не боялась его. Ее беспокоило совсем другое. Она судорожно сжала пальцы в кулак так, что ногти больно вонзились в ладонь, и вздохнула. Дурочка! Берт готов сожрать тебя с потрохами. Думай, как будешь выкручиваться, не забивай себе голову всякой ерундой. Это был разумный совет, и в другой раз она бы непременно последовала ему, но сейчас ее голова была занята мыслями о Люке Мэнсфилде.

Тесс вспомнила, как от его взглядов у нее сладко замирало сердце. В этом, наверное, виноваты его зеленые глаза. Они оказывали на нее какое-то магическое действие — завораживали и притягивали. Прогуливаясь с Люком по имению, она чувствовала себя скованно, то и дело смущалась. Почему? Она закрыла глаза, и сразу же ей почудилось, что она видит Люка. Вот он стоит — высокий, стройный, подтянутый… Мужественное, красивое лицо…

Что она нашла в нем особенного, почему ее влечет к нему? Да нет, это не простое сексуальное влечение, размышляла Тесс. Многие мужчины, с которыми она сталкивалась в своей жизни, тоже далеко не уроды, смотрели на нее куда более откровенным, жадным взглядом, мечтая переспать с ней. Но ни один из них не вошел в ее сердце.

Тогда, может, он затронул в ее душе какие-то чувства, о которых ранее она не подозревала? Нет, это маловероятно. О каких чувствах вообще может идти речь, когда все мужчины — похотливые животные! До сих пор она с содроганием и отвращением вспоминает, как мерзкий Денни Фуше с горящими от вожделения глазами прикасался к ней своими потными руками. В то время ей было всего шестнадцать лет.

Но все же с ней происходило что-то странное. Оставшись с Люком наедине, она почему-то забыла подробности биографии, которую ей сочинил Берт и которую накануне она выучила назубок. Черт побери! Что она делает? Мечтает о мужчине, который сгорает от желания упрятать ее за решетку? Забыть о нем, и чем быстрее, тем лучше. Сейчас важно сосредоточиться на предстоящей операции, мысли о Люке не должны отвлекать ее от цели.

Они уже ехали по Манхэттену. Впереди показалось высокое здание, в котором снимал квартиру доктор Ванштейн. Он занимал целый этаж. Берт заложил крутой вираж, и машина въехала в подземный гараж. По красному лицу Берта было видно, что он с трудом сдерживает ярость. Выскочив из машины, он хватил дверью так, что автомобиль вздрогнул.

Тесс поняла, что расправа неумолимо приближается. Господи, молила она, только бы он не догадался о Люке.

Она робко выбралась из машины и быстро направилась к лифту. Берт догнал ее и схватил за руку, больно сжав локоть. Тесс поморщилась. Просто зверь какой-то, а не человек! Она вспомнила нежное прикосновение Люка, и ей стало немного легче. Когда двери лифта открылись, Берт, не церемонясь, впихнул ее в кабину. Свободной рукой он нажал на кнопку нужного этажа, и лифт плавно заскользил вверх. Тесс боялась, что если он сожмет чуть посильнее свою лапищу, то она останется калекой.

Наконец лифт остановился. Берт рывком выволок Тесс в холл и потащил за собой. Открыв ключом дверь, он втолкнул ее в гостиную и следом вошел сам.

— Берт… — начала она и задохнулась от боли.

Он рывком притянул ее к себе, намотав на руку собранные в длинный хвост волосы. Тесс неестественно задрала голову, из глаз брызнули слезы.

— Я тебя научу уму-разуму, стерва! — бешено заорал Берт. — Ты едва не загубила все дело!

Он отвесил ей увесистую оплеуху. Тесс, как пушинка, перелетела через комнату. Она бы грохнулась на пол, но ее спасла коричневая кожаная софа. Рухнув на нее, Тесс сразу же вскочила на ноги. Берт с искаженным от ярости лицом неумолимо надвигался на нее.

— Там, у них, мне показалось… я подумала, что надо менять нашу тактику, — торопливо начала оправдываться Тесс, опасаясь, что он разорвет ее на части, прежде чем она успеет высказать свою мысль.

— Ты должна не думать, а выполнять мои приказы! — продолжал надрывать глотку Берт, брызгая слюной. По пути он треснул кулаком по настольной лампе, разнеся ее вдребезги. — Здесь думаю я, ты же — ничто, пустое место, поняла?