Читаем Убийца истин полностью

— Не сдавайся. Продолжай бороться. И не бойся, если сегодня ночью отключат электричество. Здесь будет очень темно, но это всего лишь несколько минут. — Она наклонилась ближе ко мне и прошептала: — Даже чары и обереги будут сняты.

Когда лекарь ушел, Пия подошла и села на край моей кровати.

— Я здесь уже несколько месяцев, а электричество так и не отключилось. Как думаешь, почему она тебе это сказала?

— С кем бы она ни была, она дает нам возможность сбежать, — сказала я. — Но что мы можем сделать за несколько минут? Сомневаюсь, что наши боевые шары смогут что-то сделать с этой толстой стальной дверью.

— Тогда зачем она вообще тебе это сказала?

— Даже не знаю. — Я перекатилась на спину и повернулась лицом к стене. — Дай подумать.

Она поудобнее устроилась на своей скрипучей кровати.

Боль сделала меня беспокойной. Я смотрела на тусклые огни прямо над нашей дверью, думая о своих шарах. Стекло просто разлетится вдребезги. Огонь ничего не сделает. Лед и парализующие шары были бы бесполезны. Водяной шар Пии, вероятно, только утопит нас.

На одной из петель рядом с дверью поблескивал тусклый огонек. Мне нужен был инструмент или что-то еще, чтобы их снять. В комнате не было ничего, что могло бы их сломать.

Петли.

Я села, вспомнив, как использовала Чиаве, чтобы вытащить Каррига из камеры. Чиаве мог резать металл. Мне просто нужно было дождаться отключения электричества, чтобы вытащить меч из моей кожи.

Я зевнула.

— Нет. Ты не можешь сейчас спать, — ругала я себя.

— Что? — Пия застонала и натянула на голову подушку.

Боясь заснуть и пропустить отключение электричества, я встала и прошлась по камере, не спуская глаз с выключателей над дверью. Шли часы, а я все ходила и ходила.

Воспоминания проносились в моей голове.

И я шагала.

Сладкие воспоминания о прошлом, когда Фейт, Каил и Шинед были живы. Когда мой родной отец, Карриг, впервые нашел меня за пределами Бостонского Атенеума. Когда Арик не был таким ослом.

И я шагала.

Когда были только мы с Ником, до Афтон. А потом, когда к нам присоединилась Афтон. И когда мы с папой остались одни после смерти мамы. Воскресные обеды и субботние пикники в Парке Бостон Коммон с папой.

И я остановилась.

Свет замерцал. Я задрала рубашку, нащупала на коже меч и прижала к нему пальцы.

Огни снова замерцали.

Где-то на виселице раздался громкий хлопок.

И темнота.

— Reditum. — Я поморщилась, когда меч вырвался из моего тела. Он вырос и поплыл передо мной, и я схватила его.

— Вставай, Пия.

Я подождала, пока снова зажжется свет, и ударила мечом по верхней петле. Металл лязгнул о металл.

— Что происходит? — Пия, спотыкаясь, выбралась из постели.

— Мы выбираемся отсюда. — Я ударила по следующей, потом по нижней.

Собрав всю силу, я бросилась на дверь и вместе с ней рухнула в коридор. Пия помогла мне подняться на ноги. Из дальнего конца коридора послышались шаги и голоса. Я доковыляла до двери дяди Филипа и сломала мечом все петли.

— Назад, — предупредил он, прежде чем толкнуть дверь. Та грохнулась на пол, как гром. Когда он вышел, я крепко обняла его.

— Пошли, — сказала Пия. — Куда мы идем?

— Сюда. — Я помчалась по коридору в том направлении, куда Одран увел Ника, Дейдру, Тода и меня, когда мы пришли за Чиаве Тода. В конце концов, я нашла узкую дверь, к которой нас привел Одран, и распахнула ее. С каждым шагом вверх по узкой винтовой лестнице мне казалось, что голова вот-вот отвалится.

Внезапно дверь позади нас распахнулась.

Глава 23

Дядя Филип с трудом поднимался по винтовой лестнице позади меня. Я не понимала, что он ранен, и когда протянула ему руку, он схватил ее.

— Мы почти на месте, — сказала я. — Продолжай идти.

Мы добрались до верха и еще одной узкой двери, распахнули ее. С другой стороны стоял Арик, балансируя огненным шаром на руке. Я споткнулась и чуть не упала спиной на дядю Филипа.

Эмили метнулась из-за Арика и схватила меня за запястье.

— Торопись. Внутрь. — Она потащила меня по последним ступенькам в библиотеку Ватикана. В нос ударил знакомый запах пыльных книг и сосны.

Дядя Филип, а затем и Пия бросились внутрь. Арик отшвырнул шар и захлопнул дверь.

Из-за двери донесся глубокий визг, а затем серия глухих ударов, как будто кто-то падал с лестницы.

Я вскинула руку, создала белый шар и ударила им по панелям. Лед пронесся через дверь и упал на стену, закрывая проем. Создав еще один, повернулась к Арику.

Довольно забавно видеть его обрамленным фресками святых и библейскими сценами, нарисованными на стенах, колоннах и арках, поскольку я была почти уверена, что он стал воплощением дьявола.

— Джиа, убери его, — сказал он, поднимая руки в знак капитуляции.

Эмили прыгнула между Ариком и мной.

— Стой. Из-за него ты выбралась.

Я посмотрела на него через ее плечо.

— Во-первых, из-за него я там оказалась. С дороги. — Рана на губе разошлась, когда я говорила, кровь сочилась на язык.

Дядя Филип, все еще тяжело дыша, подошел ко мне и положил дрожащую руку на мое предплечье.

— Убери. Это может подождать. Мы должны выбраться отсюда.

С гневом, кипящим в моих венах, я выплюнула: