Читаем Ты здесь? (СИ) полностью

========== 17 глава. Прощание ==========

Комментарий к 17 глава. Прощание Саундтрек главы:

Cage The Elephant — Goodbye

… горькие слезы, рыдания — так прощаются люди, когда их надежда на новую встречу тоньше паутины.

©Гарриет Элизабет Бичер-Стоу

Это трудно. Смотреть, как кто-то изо дня в день пытается справляться с тем, что неизбежно. Видеть, как при готовке Айви утирает собирающиеся слезы, нарезает на доске овощи и говорит о сюжетных поворотах, на которые решилась в новой книге. Как тени клубятся в углах, как лампа освещает её осунувшееся лицо и глаза, в которых столько боли, что даже словами не удается передать.

Айви говорит без умолку. Так много, так быстро, так… словно тишина действительно заставляет её чувствовать себя одинокой.

— Сегодня звонила мама, — она усаживается за стол, ложкой перемешивает салат и все никак не может начать есть. — Сама, ты представляешь, Лео? Сказала, что чувствует, что мне плохо. Такое чувство, будто её это действительно волнует. Мы проговорили не больше пяти минут. Она звала меня в гости, как только разберусь с делами. Сказала, что заболела и ей нужна моя поддержка, как никогда. Досадно, а? Люди вспоминают о важном только когда оказываются в беде или переживают не самый лучший момент жизни, рассчитывая, что кто-то из прошлого обязательно должен им помочь.

Я обхожу её со спины и присаживаюсь рядом. Сережка в носу переливается золотом, отросшие пряди спадают на плечи и выглядят слегка влажными. Она только недавно из душа: горящие красным щеки, чистая свободная футболка, на которой видны капли воды. Осторожно пытаюсь заправить прядь волос за ухо. Айви заметно покрывается мурашками.

— Да, я уверена, ты находишь это весьма забавным.

Взгляд невольно падает на календарь. Перечеркнутым красным даты, обведенное в кружок первое октября. Она считает дни. И с каждым ей становится все тоскливее. С каждым, я уверен, она боится, что мы так и не сможем увидеть друг друга.

Я тоже боюсь. До чертиков, если честно.

Это каждый раз бьет меня все сильнее. Конечно, мириться со своей участью тяжело, принимать — еще тяжелее, но… когда ты видишь, когда подсчитываешь дни вместе с тем, кто тебе дорог, становится невыносимо. Если бы это было возможно, если бы я только мог продлить этот момент!

Рука проходит сквозь стол в попытке удара. Я в отчаянии, в смятении, я буквально разрываюсь на части от того, что должно произойти. Но делать вид, будто это правильно, будто так и правда будет лучше — моя прямая обязанность. Я не имею права показать Айви то, насколько сильно сожалею о скором уходе.

Обо всем, кроме встречи с ней. Кроме любви, что до краев наполняет душу и наверняка наполнила бы мое живое сердце. Впрочем, оно и мертвое наполняет, как бы абсурдно это не звучало.

Айви так и не притрагивается к салату.

Тепло уходит из города. Солнце кажется все тускнее, плывущие облака все больше, словно огромный слой ваты, что все время пытается заслонить небосвод, наводит и без того гнетущее чувство. Растянутый папин свитер, собранные в неаккуратный пучок волосы, перепачканные в земле руки — Айви сидит на балконе, заботливо пересаживая цветы из сада в горшки. Кошка трется где-то рядом, все время попадая ей под руку, но Айви улыбается — тепло, нежно, почти без грусти.

Ветер снова треплет темные волоски на голове. Море стихает и заново заводит свою песню. В этот момент мир действительно кажется спокойным, умиротворенным, как кадр из фильма. И Айви в нем, несмотря на тоску, что отчетливо расползается под радужкой серых глаз, прекрасна.

— Знаю, милая, я тоже очень по нему скучаю.

Кошка мурчит в ответ.

— Как ты? — Мириам осторожно обнимает Айви за плечо, поглаживает по голове и не выпускает её из объятий до тех пор, пока та сама не отстраняется в сторону. — Вижу, что немного лучше.

— Перерывы стали настолько долгими, что я начинаю сходить с ума.

— Когда он появлялся в последний раз?

— В прошлый четверг. На три минуты, я считала.

— Ив…

— Знаю, Мириам, — Айви грустно улыбается, прикрывая глаза. — В первые дни было хуже, сейчас… сейчас я не могу сказать, что в порядке, но… уже легче. Так что не смотри на меня так, словно я умираю.

Мириам кивает, вновь зацепляясь за худые плечи Айви. Лампочка над головой желтыми бликами скачет по их лицам, на которых отчетливо вырисовывается печаль. Я благодарен — будь я здесь, обнял бы Айви не раздумывая ни секунды. Я хочу этого больше всего на свете.

Хотя бы обнять.

— Спасибо, Мириам, — Айви тихонько усмехается, пряча лицо в светлых волосах подруги. — Я правда благодарна.

— В свое время ты сделала для меня больше, чем я делаю сейчас. Так что давай без розовых соплей, договорились? — Мириам смеется, Айви вторит ей в ответ. Они обе скрываются в гостиной — тени играючи скачут по паркету. — Надеюсь, сегодня чай без виски?

— Без. Мятный?

— Ага. И ваш фирменный Брауни, будьте добры.

Мириам тепло улыбается, провожая фигуру Айви взглядом до кухни.