Читаем Туз червей полностью

Она молча кивает. Я объясняю, что в течение различных турниров, проходящих в это время, то есть на протяжении пятидесяти одного дня, мы будем проживать в «Сизарс-пэлас» за счет моих спонсоров. До и после игр мы будем тренироваться, а во время них она станет мне помогать. От этого она кривится.

– Я не завсегдатай турниров… но не думаю, что общественности позволено шляться по игровым залам. Разве нет?

– Ты права, но я уже все продумал. Ты спокойно сможешь прогуливаться между столами и наблюдать за моими оппонентами, а затем рассказывать мне об их привычках.

Она окидывает меня вопросительным взглядом, но я обещаю все ей объяснить, когда мы доберемся до отеля.

– Очень похоже на жульничество, но ладно.

Я ничего не отвечаю. Остаток полета мы проводим за сном; вернее, она посапывает, а я пользуюсь этим и размышляю обо всем, что может пойти не так, как только мы долетим до Лас-Вегаса.

Я знаю, что нанимать Розу – это безумие. Я ни за что не смогу научиться подсчитывать карты за столь короткое время. Да и, чтобы быть предельно откровенным с самим собой, даже если бы потратил на это всю оставшуюся жизнь, все равно не смог бы. Но почему бы не попытаться?

Больше всего меня интересуют ее способности к наблюдению и анализу. Если она поможет мне расшифровать стену по имени Тито, у меня появится дополнительный шанс его победить.

И если для этого нужно заплатить потерянной, неуравновешенной и высокомерной девушке небольшое состояние… Что ж, да будет так.

Я очень быстро понимаю, что Роза никогда не бывала в Лас-Вегасе. Едва мы прилетели, как она молча замерла и стала оглядываться по сторонам любопытными, голодными и даже отчасти восхищенными глазами.

Я знаком с ней меньше недели, но я знал, что ей понравится. Когда Томас открывает багажник взятой напрокат великолепной машины, черной и блестящей Audi R8, Роза в почти благоговейном жесте проводит по кузову рукой.

Еще в прошлый раз я убедился, что ей нравятся красивые машины. Если подумать, быть может, это и объясняет «Карлотту» – слава богу, это оказалась не собака или еще что похуже.

– Можно я поведу?

– Нет, – отвечает за меня Томас, закидывая наши чемоданы в багажник.

Роза вызывающе прожигает его взглядом. На ее месте я бы не стал играть против Томаса: она рискует лишиться своих перышек. Но меня забавляет их грызня, и потому я не лезу.

– Почему?

– Во-первых, потому, что за рулем всегда я. Во-вторых, потому, что мы знаем тебя сколько… пять минут?

Она по-итальянски бормочет что-то, чего я не понимаю, а затем наконец одаривает его насмешливой улыбкой.

– Прости, Крис. Ты прав, это твоя работа.

С этими словами она оставляет ему свой чемодан и, в лучших традициях избалованной принцессы, забирается на заднее сиденье. Я против своей воли улыбаюсь, засовывая руки в карманы. Ну что за восхитительная дрянь! Томас сжимает челюсти в попытке сдержаться и злобно на меня смотрит. Еще немного, и он взорвется.

– Я оставлю этот гребаный чемодан на тротуаре, Левий. Покуда я жив, моя рука его не коснется.

Пожалуй, стоило предупредить Розу о том, что Томас отличается от других и что ей стоит подумать дважды, прежде чем его провоцировать… Из-за комплекса бога он слишком горделив для своего же блага, а его неспособность сопереживать другим порой приводит к агрессивному поведению. Мы все еще работаем над этим. В остальном же он отличный парень!

Я прохожу мимо него, похлопывая по плечу, и тихо говорю:

– Я бы многое заплатил, чтобы на это посмотреть… Но она мне нужна.

– Тебе никто не нужен.

Хотелось бы, чтобы это было правдой.

– Будь с ней поласковее, ладно? Бедняжка даже не подозревает, что ее ждет.

Он морщит лоб и спрашивает, что я задумал. Я поднимаю чемодан Розы и, засунув его внутрь, закрываю багажник. Улыбаюсь, вновь вспоминая о той мысли, что пришла ко мне в самолете, и представляю, как она рассердится, когда узнает о ней.

Я просто гений.

– Доверься мне. Она быстро лишится этой своей улыбочки.

Томас сдается и везет нас в отель.

Я так измотан, что во время поездки не произношу ни слова. Роза безотрывно смотрит в открытое окно; ее короткие волосы развевает теплый ветер. Здесь просто невыносимая жара. Я совершенно точно не скучал по привычным для Лас-Вегаса сорока пяти градусам: эта температура далека от той, к которой я привык, живя в Санкт-Петербурге.

К нашему прибытию в отель у входа уже собралась небольшая толпа. Еще издалека я замечаю знакомые мне лица культовых игроков. «Сизарс-пэлас» – идеальное место для проживания в Лас-Вегасе; к тому же здесь собираются многие состоятельные игроки.

– Похоже, в это время приехали не только мы, – бормочет Томас под нос.

Ровно так, как я и планировал.

Роза следует за моим взглядом, направленным в спину Тито. Я бы узнал его где угодно: огромный, с мощными плечами, с волосами с проседью, всегда зачесанными назад, и квадратной челюстью, которая, судя по всему, нравится женщинам.