Читаем Цыц! полностью

— Нет, не деньги, я ей что-то обещала… Но что… Теперь буду мучиться, пока не вспомню!

— Да познакомить ее с Леонтовичем ты обещала! — засмеялась Марина.

— Ох, правда… Но ничего не вышло.

— Перебьется. Девчонки, кому-то еще Леонтович нужен? — со смехом спросила Марина.

— Да нет, для меня он старый.

— А мне он вообще не нравится.

— Ладно, успокойтесь, никто вам его не навязывает! — засмеялась Лиля. И тут же подумала: Милка! Надо Милку познакомить с Леонтовичем. Она от него тащится. Но придется привлечь к этому делу маму. В своем счастье Лиле хотелось осчастливить и лучшую подругу. Но маме надо будет позвонить прямо сейчас. Кажется, она в Минске.

— Алло! Лилёнок, ты как?

Лиля ушла в дальний конец коридора, где было нестерпимо душно и оттого безлюдно.

— Мамочка, у меня все так хорошо… Я так счастлива!

— Ты призналась?

— Нет еще… Мама, он подарил мне машину!

— Стиральную?

— Нет, мамочка, опель! Весь расписанный лилиями!

Полина Сергеевна помолчала.

— Идея вполне в его духе. Верх безвкусицы! Могу себе представить, как у него обставлен дом…

— Дом не знаю, а в квартира у него красивая.

— Ты уже была у него в квартире?

— Мамочка!

— Лилёнок, будь все-таки с ним осторожна. Что-то мне это все не очень нравится. Знаешь, что, завтра в Москву едет Леонтович… Я передам с ним что-нибудь для тебя. Он очень воспитанный, европеец, хороший малый и нуждается в утешении. Прошу тебя, прими его, предложи чаю, может, покорми его, словом обогрей. Рината твоего не убудет, а человеку приятное сделаешь. Мало ли… Только не фырчи. Сделай это ради своей мамочки.

— Хорошо, — к вящему удивлению Полины Сергеевны согласилась Лиля. — Завтра у меня свободный вечер.

— Умница моя. Значит, еще не все потеряно! Я перезвоню тебе через полчасика. Мы сейчас ждем машину на съемки ехать, я по дороге с ним поговорю.

План действия у Лили созрел моментально. Она хотела тут же позвонить подруге, чтобы та успела привести себя в божеский вид. Нет, сперва надо дождаться маминого звонка. Лиля сунула телефон в карман и вдруг увидела, как в противоположном конце коридора появилась странная процессия. Впереди шествовал огромный амбал, державший на руках двух собачек, йоркширского терьера и китайскую хохлатую. За ним шло странное существо неопределенного пола в расшитом блестками розовом камзоле, коротких атласных штанишках, белых чулках и в золотых туфлях с пряжками. Существо походило на придворного из старой кино-сказки. А за ним шли еще два амбала в черном.

Лиля от удивления остановилась. Тут открылась одна из дверей, оттуда выглянула Ира, тоненькая хорошенькая девушка — редактор.

— Ой, мамочки, — воскликнула она при виде процессии. — Лиль, это что?

— Если б я знала!

Между тем процессия приблизилась.

— Барышни, ушли, ушли! — скомандовал амбал с собачками.

— Куда это нам уходить? Мы здесь работаем, — возмутилась Ира.

— Не скроетесь, не будете работать!

— Еще чего! — в свою очередь возмутилась Лиля.

Амбал уничтожил их взглядом и прошествовал мимо. За ним и остальные.

— Ир, это мужик или баба?

— Да вроде мужик, но сильно голубенький. Тоже небось книжку написал. Я его вести ни за что не буду! Ужас какой-то. Смотри, к Вове идут! Пошли, у Нельки узнаем, что за птица.

Они выждали, пока процессия скрылась в кабинете.

— Нель, это что? — шепотом спросили они.

— Анри Додар.

— Это кто? И почему он к Вове с охраной вперся?

— Восходящая звезда шоу-бизнеса. Книжку издать желает.

— Он нормальный?

— Кого у нас это в последнее время волнует? Ладно, девчонки, идите, потом, все потом.

— Ир, ты про такую звезду слыхала? Додар, да еще и Анри! Это надо же…

— Им, Додарам, недоступно наслажденье битвой жизни! — мрачно продекламировала Ира. — Если Вова захочет, чтобы я его вела, сразу подаю заявление об уходе! Сразу!

— Да, надеюсь и меня чаша сия минует.

И девушки разбежались в разные стороны.

Через десять минут позвонила Полина Сергеевна.

— Лилёнок, завтра вечером он заедет прямо с аэродрома. Будь добра, покорми его, я обещала.

— Хорошо, мамочка, покормлю!

Лиля побежала в туалет.

— Милка, — зашептала она в трубку. — Немедленно отправляйся в салон красоты!

— Ты рехнулась на радостях?

— Тебе Леонтович нравится?

— Какой Леонтович? Актер?

— Ну да, да!

— А какая связь?

— Завтра вечером ты в моей квартире будешь изображать меня. Придет Леонтович. Ты должна его покормить и обогреть, ну а дальше на твое усмотрение.

— Его твоя мама присылает для тебя? — смекнула Мила.

— Именно! Мне он ни на фиг не нужен, сама понимаешь! А тебе сгодится.

— И я должна буду изображать тебя? Ты рехнулась, подруга?

— Не обязательно меня изображать! Ты его обогрей, не называясь. Он решит, что ты это я, а потом…

— Лиль, ты часом не сбрендила? Что за дела такие? Ты — не ты, я не я, бред сумасшедшего.

— Ну ладно, не нужен тебе Леонтович, хорошо, мне не сложно покормить его ужином.

— Еще чего! Такой шанс…

— Ну, если шанс, дуй в салон! Все, пока!

Ринат не звонил, не появлялся. Лиле было тревожно. Часов в пять к ним в комнату заглянула эффектная брюнетка лет тридцати пяти.

— Вы к кому?

— Я к Орешниковой.

— Ко мне? Заходите, вы от кого?