Читаем Цвингер полностью

Затем, сбиваясь, поправляясь, Люба описала все издевательства, которым они подвергали француженку, не понимавшую ни что они говорят, ни что от нее требуют. Сколько бы ей ни подсовывали компьютер, она не включила его — упрямство! Что, не прочухивала, что дело не игрушки? Что люди с ней тут время теряют, к тому же им и светит за такое немалый срок? Поколотили ее, но без результатов. Решили дожимать срочным образом Виктора. Тогда их шофер и работник пляжный, да, конечно, задержанный, здесь сидит, который полный, ну да, итальянец, сказал, что сам наговорит по телефону, чтобы до Виктора все быстро и ясно дошло.

Он и наговорил.

Номер был в мобильнике француженки.

Но Виктор на интернетный сайт пароль не прислал!

Через день они заудивлялись, решили разобраться, на правильный ли номер наговаривали про Мирей. Ну, Люба тогда сообразила: звонили на номер-то миланский! У француженки в мобильнике есть «Виктор Зиман» и есть «Зиман Виктор». Ну и вызывали по ошибке миланский. А надо было мобильный.

Дождались, когда проспится Мирей. Заставили ее саму звонить. Уже на сотовый. Оставлять Виктору сообщение.

Опять же никакого ответа. Люба снова догадалась: видимо, Виктор решил мобильный не включать. Что он, дурак — включать! Знаете, сколько стоит за границей и звонить и принимать! Кусаются разговорчики!

Снова потрясли Мирей и выколотили из нее все про Виктора. Что он в Германии. Во Франкфурте. По справочнику выяснили номер факса гостиницы. Сделали и послали для разъяснения ему картинку.

— Эту, — подала, вскочив, Наталия газету «Стампа».

Полицейские зашикали, вытолкали Наталию и плотней закрылись. Подслушивать стало невозможно, но Нати по-кошачьи подобралась к двери и опять тихонько приотворила ее.

Люба все сыпала подробностями. Как заставили Мирей подписать составленное от ее имени послание. Отправили и послание. От Виктора хоть тресни, хоть убейся, не поступало ничего. Бессовестный. У девушки такие неприятности, а он молчит, в рот воды набрал.

Люба наездами в Милан отрабатывала свои часы у синьоры Наталии, возилась с Марко и заодно подслушивала разговоры синьоры. Торчала под всеми дверьми, убеждала синьору, что Марко нездоров. Любыми средствами удерживала, чтоб та не подключилась к поискам. А синьора Наталия — хоть тресни! — норовила в эти поиски с головой влезть. Вытащила, откуда не поймешь, отставного мужа. И Люба начала понимать, что ничего не выходит. И что они втравились в гиблое и опасное дело.

До Николая тоже дошло, что, похоже, кирдык. Позвонил заказчику. Тот взбесился, зачем женщину похитили. Разбирайтесь сами, сказал. Что я бумаги покупал, никому никогда не докажете. Имейте в виду, я вам не заказывал ничего.

Николай сказал Любе: уматываем. Француженка еще живая, хотя и дохловатая. Со здешней медициной — откачают. Так что пока убийства на нас нет. Нет оснований для международной выдачи.

Пляж Николай успел прибрать. Все, что мог, продал. Сам пляж продал. Вещи собрал. Оставалось только смыться. А поскольку он очень даже заработал на пляже, то заказ на карты-документы можно было и не выполнять.

Но вышло, что в самый последний момент Люба нашла ровно то, что искал этот заказчик. Ту самую карту. И написано: «Я ее нашел… в Дрездене». В общем, то, что надо. И где карта лежала! Даже не у Зимана. А у синьоры Наталии на верхней полке на этажерке. Видно, Зиман, когда уезжал, передавал на хранение.

Люба ее завернула в газету и сразу спрятала. Но как подумала, поняла: мигом спохватятся, вещь-то ценная. Не дай бог, начнут искать карту и догадаются про нее, про Любу. Ну, Николай сказал, тогда вези сюда по-быстрому. И прихвати на всякий случай их мальчика. Решили Марко привезти на пляж и подсадить его в кабинку к Мирей, направить по-умному родителей на поиски, а дверь кабинки подпилить. Мирей выбралась бы и вывела бы мальчонку. Куда-нибудь вдвоем бы дошли. А пока родители будут метаться и бешено сходить с ума, Николай с Любой десять раз границу проедут, им не впервой.

Чтоб синьора не догнала ее на машине, посыпала синьоре в машину заколдованную соль. Заговор есть крепкий, очень верный, говорили, срабатывает всегда.

Что касается ранения Бэра, а также самого факта появления Бэра на пляже, Люба объявила, что ничего не знает и по этому поводу показаний не намерена давать. Точно так же как никогда прежде не встречала Джо Батту Франкини и присутствующую в зале ожидания госпожу Ортанс.

Протоколировать за Любой кончили. Джанни с Наталией заявили о покушении на их ребенка. Виктору пришлось подать кучу заявлений, которые диктовала ему сидевшая рядом его персональный адвокат — Ортанс. Похищение сотрудницы офиса. Вымогательство и запугивание. Взлом квартиры. Похищение компьютера. Похищение самого Виктора. Шантаж. Покушение на убийство. И на жизнь Бэра — покушение. Может стать предумышленным убийством? Ну, сказали все хором, это как рассудят небеса.

Ох, сказали все хором, о, были бы милосердны небеса…