Читаем Цветной бульвар полностью

Кто сильно любит —Тот нескоро забывает.А тот, кто слишком скор —Он не со мной, увы.Не знаю – правда ль?С кем-то до сих пор бывает?Возможно, где-тоЗа пределами Москвы.Я целый год жилаВ тени одной ладони.Ее давно пора забыть —Но не смогла.Не то чтоб послеМне не встретились Любови —Но только этасамой долгою была.Она была, тяжелая, густая.Свинец и мед, я помню,Все еще течет.А без нее – зачем и жизньтогда пустая?Где самым быстрым днямМоим не нужен счет.Кто умер раз —Потом нескоро оживает.А что там было,На заброшенном мосту?…но если правда —Что оно еще бывает —Есть на кого оставитьСтарую Москву.

14.08.2013

Дом ученых сегодня вспомнили —Прибалтийские очаги.Прибалдевшие были, скованные —Цепью с левой до правой ноги.Там рыбачили и судачили.Никого никто не стерег.Не рыдая расстались с дачамиИ пополнили лагерек.Отказались от электричества.И от стула, и от стола…Не невиданное количество.Но уж сотня-то нас была.Седовласые беспризорные,Авантюрные дураки.Основали школы озерные —Где сновали, как гусаки…Гусаки со своими гусынями…С сыновьями и дочерьми.Никакой сумы не просили мы,Ну и точно уж – не тюрьмы.Так жила тогда академия:Академики-старикиИ еще два-три поколенияНе попавших под тесаки.

18.08.2013

Не замечаешь мелкий чахлый дождь,А он стоит стеной вторые сутки…Когда с пакетом пончиков идешь,Купила – и несешь своей малютке.Танцуй и пританцовывай, душа,Пока еще в хрустящей оболочке…Что пончики… А тут и ты, шурша,Покинешь тело бабки-одиночки.Как Ходасевич пробочку своюПронес через горнило эмиграций —Я пончики носить не устаю —Как яблоки для гесперид и граций.…Одних лишь этих булочных задорЛаскает всех и вся, светло и хлебно.Багет и мелких булочек набор —И – где там дождь?Все вообще волшебно.

01.09.2013

…да и ладно.И так сойдет.Да и так – ничего…И нет сил подняться.Обняться.То есть обнять его.Того, кто сто раз ужеМимо тебя проходил.Или – чуть ли не проползал,Как чужой крокодил…Да и ладно.И так все сходит.Сходит, как кожа с рук.Может, руки обварены.День был черен.И пар был крут.Потому что пар —Это тот же крутой кипяток.Как ни странно.Возьми хоть Запад,хоть и Восток.То, что ты надышишь,То, что выдохнешь —Носом и ртом,То потом и ищешь.Тоскуешь в слезах о том.Не пиши тоскливо.Ешь тонкий поджаренный хлебС абрикосовым джемом.Пей ароматный чай.Не скучай обо мне.Не скучай.Не скучай.

02.09.2013

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия поэзии

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Ворон
Ворон

Р' книге приводится каноническая редакция текста стихотворения "Ворон" Э.А. По, представлены подстрочный перевод стихотворения на СЂСѓСЃСЃРєРёР№ язык, полный СЃРІРѕРґ СЂСѓСЃСЃРєРёС… переводов XIX в., а также СЂСѓСЃСЃРєРёРµ переводы XX столетия, в том числе не публиковавшиеся ранее. Р' разделе "Дополнения" приводятся источники стихотворения и новый перевод статьи Э. По "Философия сочинения", в которой описан процесс создания "Ворона". Р' научных статьях освещена история создания произведения, разъяснены формально-содержательные категории текста стихотворения, выявлена сверхзадача "Ворона". Текст оригинала и СЂСѓСЃСЃРєРёРµ переводы, разбитые по периодам, снабжены обширными исследованиями и комментариями. Приведены библиографический указатель и репертуар СЂСѓСЃСЃРєРёС… рефренов "Ворона". Р

Эдгар Аллан По

Поэзия
...Это не сон!
...Это не сон!

Рабиндранат Тагор – величайший поэт, писатель и общественный деятель Индии, кабигуру – поэт-учитель, как называли его соотечественники. Творчество Тагора сыграло огромную роль не только в развитии бенгальской и индийской литературы, но даже и индийской музыки – он автор около 2000 песен. В прозе Тагора сочетаются психологизм и поэтичность, романтика и обыденность, драматическое и комическое, это красочное и реалистичное изображение жизни в Индии в начале XX века.В книгу вошли романы «Песчинка» и «Крушение», стихотворения из сборника «Гитанджали», отмеченные Нобелевской премией по литературе (1913 г.), «за глубоко прочувствованные, оригинальные и прекрасные стихи, в которых с исключительным мастерством выразилось его поэтическое мышление» и стихотворение из романа «Последняя поэма».

Рабиндранат Тагор

Поэзия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия
Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия