Читаем ТРИПУРА РАХАСЬЯ полностью

51-55. "Он завершил свою речь следующим утверждением: "Послушайте, вы, брамины, стандарты не применимы для выявления достоинств или недостатков, а равно и для выявления истины. Ибо ложные стандарты не могут быть тестами. Чтобы отталкиваться от них, необходимо убедиться в их правильности. Другие стандарты требуются, чтобы проверить эти. Действительно ли они, в свою очередь, безошибочны? Следуя по этому пути, нельзя достичь какой-то окончательности. Поэтому невозможно проводить какие-либо проверки. И поскольку выяснение Истины становится невозможным без возможности проверить её, то ничто не может быть Истиной. Сама эта формулировка не может быть истинной, равно как и сформулировавший её. И какое же тогда следует принять решение? Что всё это - ничто, пустота. И даже это утверждение не может быть подкреплено надёжными фактами; следовательно, утверждение о том, что всё - пустота, также заканчивается пустотой".

56. "Услышав его слова, некоторые из учеников увлеклись силой логики Сунги и стали схолиастами пустоты.

57-60. "Они потерялись в запутанном лабиринте своей философии. Самые проницательные среди учеников попросили учителя прокомментировать аргументы Сунги, и он просветил их в этом вопросе. Благодаря этому они обрели безмятежность и счастье. Поэтому сторонись бесплодной полемики, выставляемой напоказ в виде логики. Используй логику таким образом, как она используется в священных писаниях. На этом пути ты обретёшь спасение". Выслушав это обращение той выдающейся героини, Хемачуда был крайне удивлён и сказал: "Моя дорогая, до сих пор я не осознавал твоего величия.

61. "Благословенна ты, раз ты столь мудра! Благословенен я, раз я оказался в твоём обществе. Ты говоришь, что вера дарует наивысшее благо. Каким образом она делает это?

62-63. "Где вера целесообразна, а где нет? Священные писания отличаются в своих поучениях; учителя отличаются между собой; подобным образом и комментарии отличаются друг от друга; в добавление к этому собственное суждение не может служить руководством. Чему из всего этого необходимо следовать, а что следует отвергнуть?

64. "Каждый из источников ставит свою собственную печать достоверности на своих собственных взглядах и осуждает остальные источники, причём не только как ничего не стоящие, но даже и как вредные, моя дорогая!

65. "И, в таком случае, я не могу принять решение в отношении меня самого. Осуждаемая тобой школа пустоты осуществляет, в свою очередь, нападки на других.

66. "И почему бы тогда не уважать эту школу мысли? У неё есть свои собственные приверженцы и своя собственная система философии. Объясни мне, дорогая, все эти вещи чётко и ясно. Истинно, они уже должны быть ясными и понятными для тебя".

Так заканчивается шестая глава о шраддхе (вере) в разделе о Хемачуде в "Трипуре Рахасье".

ГЛАВА VII.

ТА ЦЕЛЬ ДОСТИЖИМА ТОЛЬКО ПОСЛЕ ВЫЯВЛЕНИЯ БОГА ЧЕРЕЗ ВЕРУ, УСИЛИЕ, ПРОВЕРЕННУЮ ЛОГИКУ И ПРЕДАННОСТЬ ЕМУ

1. Когда Хемалекха выслушала вопрос своего мужа, она, с её святым практическим (незаочным) знанием состояния вселенной, сказала ему с ещё большей благожелательностью:

2-5. "Дражайший, выслушай меня внимательно. То, что известно как ум, в конечном счёте - всего лишь неугомонная обезьяна. И поэтому обычный человек всегда охвачен волнениями. Каждый знает, что беспокойный ум - источник бесконечных волнений и неприятностей; в то время как человек счастлив во сне при отсутствии этой неугомонности. Поэтому держи свой ум устойчивым и непоколебимым, когда ты слушаешь то, о чём я говорю. Слушать с отвлечённым или рассеянным умом не лучше, чем не слушать вообще, поскольку в этом случае слова не служат какой-либо полезной цели, будучи похожими на сгибающееся под тяжестью плодов дерево, наблюдаемое на картине.

6. "Человек быстро достигает успеха, если он отворачивается от сухой и губительной логики и вовлекается в целеустремлённое обсуждение.

7. "Надлежащие усилия должны следовать за правильным обсуждением; ибо продвижение человека соответствует тому рвению, которое сопровождает его усилия.

8. "Ты можешь видеть, мой дорогой, что бесцельные дискуссии бесплодны, а искренние упорные усилия - плодотворны в этом мире.

9. "Отличительное рвение - это то, что позволяет крестьянину вспахивать поле в надлежащее время года, а оценщику - проверять ценность золота, серебра, драгоценных камней, лекарственных трав и т.п. Никакой практической работы не было бы сделано, если бы люди проводили все свои жизни в одних только пустых дискуссиях. Следовательно, необходимо отказаться от бесцельной болтовни и немедленно приступить к достижению наивысшей цели жизни, определённой в результате надлежащего искреннего обсуждения. Равно как человек не должен воздерживаться от приложения индивидуальных усилий, что имеет место у последователей Сунги (фаталистическое учение о пустоте, прообраз доктрины нияти, или адживики).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Манъёсю
Манъёсю

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

Антология , Поэтическая антология

Древневосточная литература / Древние книги
Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Низами Гянджеви , Гянджеви Низами

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги