Я взял такси и бросился к дяде Шуре. Он, как я и предполагал, сидел во дворе. Видев меня, обрадовался. А когда увидел, что я вытаскиваю какой-то сверток из машины, вообще как-то покраснел и смутился. Он быстро свел партию с дворовым соперником вничью (при выигрышной позиции) и мы поднялись лифтом в его небольшую квартирку. Его жена, тетя Ира, была еще на работе. Дядя Шура был женат вторым браком на женщине, которая оказалась его моложе ровно на десять лет. В прошлом году дяде Шуре дали пенсию. Теперь он не мог найти себе места. А тетя Ира все еще работала и считала не годы — дни, которые ей до пенсии остались. Они имели небольшую дачку под городом и намеревались переселиться туда, оставив квартиру сыну — Володьке.

Зайдя в дом, мы прошли на кухню, где я торжественно вручил дяде Шуре долг. Его большой нос, весь в прожилках красных и синих капилляров вдруг как-то странно наморщился, казалось, дядя Шура не знает, как на это событие реагировать. И пока он оставался в некоем подобии ступора, я поставил чайник на плиту, вытащил бутылочку коньяка, нехитрую закусь, и занялся сборкой шахматного столика. Столик я оставил в комнате. Мы с дядей Шурой выпили, потом еще раз и еще. И только после этого я показал ему мой подарок. Вот тут его состояние можно было назвать «столбняком». Дядя Шура застыл, и, не мигая, уставился на столик. Затем чуть отряхнулся, смог сделать один шажок, потом еще один… Вот прикоснулся к столику пальцем, провел по его поверхности, оценил полировку, открыл ящичек, вытащил одну фигурку, поставил на доску, полюбовался ею…

Я оставил дядю Шуру наслаждаться своею мечтою. Вышел из дома, сел в маршрутку…

И понял, что я очутился в Городе и мне пора выходить.

Глава шестнадцатая

Встречное предложение

Я поблагодарил Сергея за мягкую доставку и вышел. Недалеко от остановки маршруток была станция метро, рядом с которой располагался ресторан быстрого обслуживания. Единственное, что в этих ресторанах приятного, так то, что ты можешь сидеть в них столько, сколько твоей душе угодно, и никто не пнет тебя, не попросит освободить занимаемый стульчак, потому как подпирают стены клиенты с новой пачкой денег в кармане. Короче, ненавязчивый сервис там действительно ненавязчив и ты ощущаешь хоть какую-то свободу, о чем в наших общепитовских точках и не мечталось.

Как только я присел на стульчик, как моя рука сама потянулась к тетрадке. Мне хотелось проверить, осталась ли моя запись за двадцатое число. Запись была. Она гласила: