Читаем Тринадцать ведьм полностью

Она пошарила в верхнем ящике комода, нашла ночную сорочку, розовую с синим — похоже, та, о которой просила Ида. Теперь халат из ванной. Она оглянулась с порога на разобранную постель, прикидывая, не застелить ли, но махнула рукой — не ее дело! Вернется Ида, вправит супружнику мозги.

Открыв наугад несколько дверей, она нашла наконец ванную комнату. Там было темно. Она распахнула дверь пошире, чтобы впустить свет из коридора, вошла, поскользнулась, вскрикнув и взмахнув руками. Ну что за… Вода! Она нагнулась, рассматривая мокрый пол, пытаясь понять, откуда течет. Взгляд ее уперся в большую черную ванну, глаза полезли на лоб — она увидела руку со скрюченными пальцами, касающуюся пола, потом запрокинутую голову… Человек в ванне был неподвижен. В следующий миг Светка, оглушительно вопя, рванула из ванной, пробежала по коридору, выскочила на лестничную площадку и замолотила кулаками в соседскую дверь. О дверном звонке она даже не вспомнила.

Дверь распахнулась, Светка с криком бросилась внутрь и наткнулась на железный торс Гарика — он был уже в рубашке.

— Там! А-а-а! Там! Толя! В ванной! Лежит! — Светка захлебывалась рыданиями.

В прихожую выскочила Регина Антоновна, тоже закричала:

— Что случилось? Гарик!

— Сейчас! — Гарик отодвинул Светку и выскочил из квартиры. Регина Антоновна побежала следом. За ними, недолго думая, побежала подвывающая Светка. Они протопали по коридору, ворвались в ванную. Гарик повернулся к Светке: — Вы пытались включить свет?

— Пыталась, но он не включился!

Гарик на всякий случай пощелкал выключателем и чертыхнулся. Пронзительно вскрикнула Регина Антоновна. И с новыми силами завопила Светка.

— Мама, успокойся! — пробасил Гарик. — И вы тоже, барышня, успокойтесь. Отойдите, не заслоняйте свет. — Он деловито пощупал пульс на руке Анатолия Крамера. — Ма, принеси фонарик!

— Что с ним? — спросила Светка. — Он утонул?

— Не похоже, голова над водой. Сейчас разберемся.

Прибежала Регина Антоновна с фонариком, протянула сыну. Луч света выхватил из темноты бледное искаженное судорогой лицо человека. Светка снова вскрикнула и попятилась. Луч уперся в черный страшный ящик телевизора с разбитым экраном, наполовину погруженный в воду.

— Электрический удар! — ахнула Регина Антоновна. — Короткое замыкание. Бедный Толя! Я видела в одном сериале, только там была электробритва.

— Но он же такой маленький! — всхлипнула Светка. — Может, «Скорую»?

— Достаточно полампера, и каюк, — сказал Гарик. — Ма, вызывай полицию! Не повезло Толику.

— Бедная Идочка! — воскликнула Регина Антоновна. — Такое горе! Как же она теперь одна… Нужно позвонить ей и сказать. Может, ее отпустят.

— Страшно даже подумать, — пробормотала Светка. — Она и так слабенькая… а тут такое! Господи, да что же это такое? Ида говорит, со вчерашнего вечера не могла дозвониться…

— А его уже не было!

— Вы, девушка… как вас зовут?

— Светлана.

— Светочка, Гарик отвезет вас на машине в больницу к Идочке, лучше сообщить ей лично. Гарик, отвезешь Светочку в больницу. Может, ее отпустят, нужно поговорить с врачом.

— Я понял, ма. Отвезу. Разберемся с полицией и поедем.

— Может, ты пока починишь свет?

— Нельзя до приезда полиции. Ничего нельзя трогать. Смотришь сериалы?

— Светочка, идемте к нам, я вас напою ромашковым чаем, — сказала Регина Антоновна. — На вас лица нет. Господи, я опомниться не могу! Они так хорошо жили! Когда Идочка заболела, Толя все для нее делал. И делает. А вы его хорошо знали?

— Хорошо, у нас общие друзья. Такая нелепость! Уму непостижимо! — вскрикивала Светка. — Меня до сих пор трясет! Я вхожу в ванную, там темно, и вдруг вижу голову, и рука свисает! Нет, сначала руку! Как будто большая кукла сидит. Ужас! — Светка закрывает лицо руками.

— Ужас! Вот так живет человек, строит планы и вдруг — раз, и нет человека. Вы, Светочка, пейте чай, на вас лица нет, конечно, пережить такое потрясение. Может, бутербродик? — Регина Антоновна принялась взволнованно разливать ромашковый чай в синие тонкого фарфора чашки.

— Спасибо, ничего в горло не полезет. Кроме того, я сегодня голодаю.

— Это просто замечательно! — воскликнула Регина Антоновна. — А вы кто, извините за нескромность?

— Я визажист.

— Ой, как интересно! А Гарик спортивный врач, у нас вся семья медики. Не женат, между прочим. Отличный специалист, это я вам не потому, что он мой сын, честное слово, вам все скажут! Мальчик три года работал в Чехии, и в Англии стажировался. А у вас, Светочка, свой салон?

— Пока нет. У меня часы в «Шоколаднице», и на дом еще приходят, свои, конечно.

— Обязательно запишусь! Давно собираюсь, говорю себе, вот, женю Гарика и займусь собой.

— А почему Гарик не женат?

— Ищет свою судьбу, Светочка. А вы замужем?

— Я была замужем, но сейчас уже нет.

— Трудно найти человека, — вздохнула Регина Антоновна.

Беседу их прервал дверной звонок. Они слышали, как Гарик открыл дверь, услышали мужские голоса…

— Вы? — Майор Мельник оторопело уставился на Светку. — Светлана Михайловна, если не ошибаюсь? И что же на сей раз? Новое убийство?

— Несчастный случай, — вмешался Гарик. — Я сосед жертвы, Гарий Деркач, врач. Эта девушка…