— Ты прав, я ничего не сделала им плохого. Но все остальные! Думаешь, я. не знаю? Мне рассказывали те, кто прибыл с Восточного фронта… А ты сам, Вернер? Ты не боишься?

— Я никогда не был на Восточном фронте, — сказал фон Шлиден. — И вообще я липовый, не настоящий офицер. Я инженер, на которого надели военный мундир.

— Зачем ты дружишь с Дитрихом, этим эсэсовским щенком? Он ублюдок, Вернер. Ах, как я их всех ненавижу!

— Перестань, Ирма! Выпей глоток.

— Ненавижу! Они принесли на нашу землю несчастье. Они! И землю эту ненавижу!

Вернер обнял Ирму за плечи и притянул к себе. Она спрятала голову на груди гауптмана.

— Не надо так говорить, Ирма, — сказал он. — Не имеешь права так говорить. Нельзя ненавидеть родину. Она не виновата. Родина и люди, которые принесли ей зло, далеко не одно и то же. Успокойся, глупышка.

"Что ему надо? — подумал Вернер фон Шлиден. — Что ему надо, проклятому Хорсту?"

БОЙ В ГЕМБИЦКОМ ЛЕСУ

Начиная наступление на Западном фронте в районе Арденн, Адольф Гитлер вовсе не стремился к проведению стратегического маневра, имевшего целью отбросить англо-американские войска к побережью Атлантического океана.

Наступление под Арденнами должно было показать правительствам США и Великобритании, а также стоящим за ними кругам, что германская армия достаточно еще сильна, чтобы противостоять ударам союзников. Это был ход, который по замыслу Гитлера заставил бы англичан и американцев форсировать переговоры о сепаратном мире, переговоры, которые давно были завязаны через сверхсекретные каналы разведок трех государств.

В создавшейся ситуации германское руководство особое значение придавало обороне Восточной Пруссии, где по планам гитлеровских военных теоретиков должны были увязнуть советские армии. Задержав наступление советских войск на этой территории, организовав одновременно массовые террористические выступления оставленных в тылу советских частей отрядов "вервольф", Гитлер надеялся выиграть время с двоякой целью. Во-первых, для того, чтобы расколоть коалицию воюющих против Германии государств и натравить их друг на друга. Во-вторых, чтобы завершить работы над новым оружием и, применив его, ошеломить и разгромить противника… Главный гитлеровский агитатор, гаулейтер Берлина и министр информации, доктор Геббельс в выступлениях по радио и в печати призывал немецкие войска сохранять стойкость, обещая им, что в самое ближайшее время будет применено сверхмощное секретное оружие и "доблестные войска" начнут генеральное наступление на Восточном фронте.

Итак, два последних козыря оставались на руках у незадачливого ефрейтора. Сепаратные переговоры и сверхоружие. Но в условиях беспредельной ненависти человечества к фашизму тем, кто мечтал повернуть оружие гитлеризма только против Советского Союза, приходилось считаться с настроением и своих собственных народов. А до создания атомной бомбы немецким физикам было еще далеко.

Вторая мировая война началась нападением Германии на буржуазную Польшу. Несмотря на невиданную самоотверженность населения, героизм солдат и офицеров, первое столкновение с агрессором окончилось для польского народа трагически. Его буржуазные правители удрали за границу, страна была оккупирована гитлеровскими войсками.

Но поляки не покорились. Народ поднялся на борьбу с захватчиками. Созданная в условиях глубокого подполья Польская рабочая партия организует отряды Гвардии Людовой, призванной вести вооруженную борьбу с оккупантами. Впоследствии она переименовывается в Армию Людову.

Правые организации также создают свои военно-политические соединения. Одним из крупнейших являлась Армия Крайова, созданная на базе "Союза вооруженной борьбы". Деятели АК исповедовали теорию "двух врагов", согласно которой врагами Польши являются и гитлеровская Германия, и Советский Союз. Эта организация полностью поддерживалась лондонским эмигрантским правительством, за которым стояли англичане.

Армия Крайова и ее вожди руководствовались лозунгом: "Ждать, взяв винтовку к ноге". Это означало: не выступать с оружием в руках против Германии, а выжидать подходящего момента.

Интеллидженс сервис не удавалось, несмотря на огромные усилия, внедрить свою агентуру в Гвардию Людову, в ее отлично организованные ряды. Но в Армии Крайовой, которой руководили те, кто мечтал вернуть страну к временам Пилсудского, хотя в ней и воевало много честных поляков, тайных агентов англичан было достаточно. Поэтому английская разведка, которая имела в Польше широко разветвленную агентурную сеть и снабжала отряды Армии Крайовой боеприпасами, могла рассчитывать на поддержку любых задуманных ею операций.

Зимний тяжелый туман заполнил и без того темные в декабрьских сумерках улицы Лондона.