Читаем Тревога полностью

В опустевшем помещении управы, открыв тяжелый железный ящик, Виталий увидел металлическую коробку, в которой лежали канцелярские штампы и печати. Перебирая их, Виталий обнаружил печать Атбасарского Совдепа, должно быть, чудом сохранившуюся после его разгрома, и сунул ее в карман. Эвакуировать архив Тарчевский не собирался — он решил передать все бумаги новым властям, в целости и сохранности. И никто не мог изменить этого решения: отцы города покинули его, и на какое-то время в Атбасаре воцарилось полное безвластие.

Виталий с нетерпением ждал прихода Красной Армии. К тому времени он остался круглым сиротой. Мать умерла от тифа, и у Виталия на руках остались братишка и сестренка. Сам еще подросток, он с трудом добывал хлеб, нанимаясь к знакомым казакам на поденную работу.

Виталий с радостью услышал долгожданную весть о приближении красных. Рано утром по дороге, ведущей из села Покровского, промчались конные разведчики с алыми бантами на шапках, а вскоре показались первые сани-розвальни, на которых ехали командиры. Потом санная лавина с красноармейцами заполнила улицы города.

Волнуясь, пошел Виталий к зданию, где ранее, до белогвардейского переворота, располагался Совдеп. Издалека он увидел большую толпу конных и пеших красноармейцев, собравшихся к Совдепу горожан. Начинался митинг по случаю освобождения города от колчаковщины. Его открыл высокий человек в дубленом полушубке с темным обветренным лицом.

— Дяденька, — обратился Виталий к пожилому красноармейцу, — кто это выступает?

— Комиссар полка имени Стеньки Разина товарищ Веденеев, — гордо ответил боец и, улыбнувшись в усы, спросил:

— Дело у тебя к нему?

— Дело…

— Вот как! Коли не секрет, какое?

— Важное и срочное, с глупостью не пойду…

— Тогда жди. Как окончится митинг, проталкивайся к товарищу Веденееву.

— Он теперь тут главный начальник?

— Председатель ревкома. Иди за мной, следом, я тоже к нему, а то сквозь такую толпу не проберешься.

После окончания митинга Веденеев еще долго разговаривал с горожанами, а потом в окружении людей направился в здание, где разместился ревком. Усатый красноармеец сноровисто и быстро прокладывал дорогу в толпе, и следом за ним пробирался Виталий. Они поднялись на второй этаж и очутились в комнате, куда только что вошел Веденеев. Председатель ревкома подошел к массивному столу.

— Ты мне нужен, Топчин, — сказал усатому красноармейцу. — Тебя утвердили секретарем ревкома. Пока мы здесь будем властью, только вот нет у нас с тобой ни герба, ни печати…

И Веденеев громко рассмеялся. Добродушный смех председателя ревкома окончательно приободрил Виталия, и он выложил на стол связку ключей, печать.

— Вот этот большой ключ, — пояснил он, — от здания управы, эти поменьше — от ящика и шкафов, где хранятся бумаги. А это — печать Совдепа…

Веденеев взял печать, помазал ее чернилами, несколько раз дохнул и приложил к листку бумаги — получился внушительный отпечаток, явственно проступали слова «Совет рабочих, …ских… депутатов…». Комната была забита людьми, над клочком бумаги склонились головы красноармейцев.

— Смотри, слова-то нашенские!

— Печать и власть нашу обозначает!

Улыбаясь, Веденеев громко и торжественно сказал:

— Теперь, друзья, мы настоящая народная власть. Советская! У нас есть своя печать! Спасибо тебе, друг… — он крепко пожал руку Виталия. — Чем ты занимаешься?

Виталий начал рассказывать о своем трудном житье-бытье. Председатель ревкома слушал, задумавшись.

— Что ты умеешь делать, дружок?

— Вести делопроизводство.

— Это весьма нужно. Будем наводить порядок во всем, грамотные и аккуратные люди потребуются… А пока, давай к красногвардейцам в наш пятьсот двадцать третий имени Степана Разина полк! Примете к себе, товарищи?

— Парень с головой, его надобно в нашу роту вместо меня, — сказал Топчин. Комната словно качнулась от взрыва солдатского смеха.

Так Виталий стал военнослужащим. Одновременно его зачислили старшим делопроизводителем военной комендатуры города. Когда Виталий пришел домой, брат и сестренка его не узнали… В военном обмундировании он казался старше своих лет. На дощатом столе Виталий разложил солдатский паек. В избушке Тарчевских трое бесприютных ребятишек, осиротевших в лихую годину гражданской войны, снова почувствовали человеческую заботу и теплоту.

В то время еще одно важное событие совершилось в жизни Виталия: в числе молодых людей, из которых была создана первая атбасарская комсомольская организация, он вступил в комсомол.

Почти через полвека после описываемых событий атбасарские комсомольцы и пионеры, приступая к созданию летописи героических свершений комсомола родного города, в списках первых комсомольцев нашли имя Виталия Тарчевского. В дни подготовки к полувековому юбилею Великого Октября письмо атбасарских комсомольцев нашло Виталия Владиславовича Тарчевского на кафедре Уральского университета. Принесший его молодой человек, ассистент кафедры, без тени смущения сказал профессору: