Читаем Траурный кортеж полностью

— Мы не стали обременять себя пленными, сир. Сразу после боя, чтобы не потерять подвижности нашего отряда, мы их отпускали под честное слово, что они больше никогда не обнажат меча на стороне Масок, и что среди них не скрывается мятежный барон. Мы считали, что это наилучший вариант действий, сир…

— Вы поступили благородно, господа. Будем надеяться, что и пленные окажутся не менее благородными, чем вы, и не нарушат данного вам слова. До «Головы лося» вы не добрались, как же вам удалось вывезти тела короля Фирсоффа и его свиты?

— Вчера днём местные жители сообщили нам, что со стороны Аквиннара на Скирону движется большой отряд с обозом, и мы перекрыли дорогу. К счастью, до столкновения не дошло. Увидев, что это, в основном, гномы, барон Кайкос вступил в переговоры: под Скироной гномы сражались на нашей стороне, а всем известно, что гномий народ отличается единством в отношениях с людьми. Мы были уверены, что, выбрав одну сторону в этой войне, гномы не станут поддерживать другую. Тут и я узнал среди защитников обоза капитана Паджеро, барона Инувика и двух из наших солдат: Ахваза и Ставра. Солдат из раттанарской дворцовой стражи, я имею в виду. Были, конечно, и другие, но я не разглядел их среди солдат Агадира.

— Хранитель Агадир, где и когда вы присоединились к обозу?

— Мы догнали обоз четыре дня назад. Лейтенант на границе, к сожалению, не запомнил его имени, посоветовал мне присоединиться к обозу, чтобы вместе отбиваться от лысых. Догнать обоз было довольно легко: гномы мастера Трента шли пешком, а у меня пеших нет — всех беженцев пограничники помогли посадить на сани.

— Мастер Трент, ваша очередь.

— Я получил от Старейших приказ доставить тела погибших раттанарцев в Скирону, если Вы, сир, ещё будете здесь, либо до места погребения, если Вас в Скироне не застану. В моём отряде только добровольцы, готовые служить под флагом сэра Эрина, в основном, из его рода, хотя и других немало.

— Гномы из других родов мне не присягали. Железная Гора вступила в войну с Масками?

— Гномья община в Аквиннаре была самой большой среди городских общин Соргона, после Железной Горы — вторая по численности. Нас не так много, но Маски пожалеют, что связались с гномами. Это наша война, сир. Железная Гора надеется заключить с Вами военный союз против общего врага.

— На каких условиях? Или вы желаете говорить об этом наедине?

— Никаких условий, сир. Старейшие считают, что если мы союзники, то должно быть равенство в отношениях между нами… Этого достаточно для заключения союза.

— Равенство — дело хорошее, и я согласен, что между союзниками других отношений быть не может. Но вот у меня одно условие есть: я настаиваю на едином военном командовании, причём — на моём командовании. Без этого союз, по-моему, не имеет смысла. Так и передайте Старейшим. Но мы отвлеклись, мастер Трент. Итак, вы получили приказ Старейших…

— Я продолжаю, сир, — дальше гном рассказал о том, как собирался обоз, как вассалы Фалька хоронили убитых лысых, среди которых нашли немало своих близких, как гномы ждали, пока здоровье раненых позволит отправиться обозу в путь. Самым неприятным в его рассказе оказалось описание дороги до Скироны: обоз шёл по следам лысых, и следы эти были очень страшны. Идти приходилось по дороге, совершенно загаженной прошедшим табуном пустоголовых: лысые справляли естественные надобности на ходу, как это делает перегоняемый с места на место скот. Ступать по такой дороге было небольшим удовольствием даже несколько дней спустя. Но самое страшное начиналось, когда обоз пересекал места кратких стоянок, на которых армия Человека без Лица принимала пищу. Выворачивало и самых бывалых воинов. Ели лысые всё подряд, и ели всё сырым: мясо, овощи, фрукты, зерно. Места стоянок были усеяны объедками и обглоданными начисто, а то, и разгрызенными, костями, среди которых нередко встречались человеческие.

По пути обозу встретилась деревня, все жители которой, от мала до велика, были съедены этим жутким воинством. Никто не спасся — долгие поиски живых оказались безрезультатны…

Выслушав вновь прибывших, король тут же потребовал от присутствующих анализировать услышанное и определять боевые качества противника: боеспособность, выносливость, тактическое и стратегическое мышление. Соратники усиленно скрипели мозгами, но не родили ни одной свежей мысли, к досаде короля и возмущению Капы.

«— У-у-у, захребетники! — ворчала она. — Даже я, не военная, лицо, можно сказать, совершенно гражданское, способна сообразить, что лысые могут выполнять только простые действия: жрать, бежать и махать мечом. Никаким инструментом пользоваться они не могут, а, значит, не способны преодолевать без чужой помощи рвы и влезать на крепостные стены. Табун пустоголовых страшен только, как ударная сила, и только на ровной, как стол, местности. Я права, сир?»

«— Умница ты моя хрустальная! Да тебе же цены нет в военных вопросах…»

«— А то!»

«— Как же мне оставлять на них Скиронар, Капа?»