Читаем Тоуд-триумфатор полностью

С неподражаемым „падением" французской графини от невероятного богатства и знатности до роли никому не известной ученицы у мастера, не менее известного суровой требовательностью к ученикам и дисциплиной, чем своими великими работами, может сравниться лишь ее быстрый подъем в артистической среде, которым она ничуть не обязана своему социальному происхождению.

Сочувствуя философии самоотречения, пришедшей с Востока и побуждающей к анонимной благотворительности, мадам д'Альбер в настоящее время участвует в мировом турне. За время турне она стала почти так же знаменита, как и ее учитель Роден, и все это — против ее желания. Она не нуждается ни в богатстве, ни в признании, ни в многочисленных домогательствах поклонников.

„Искусство и спокойная жизнь — вот то, к чему — как это на вашем трудном языке — я устремляюсь!" — сказала она по-английски со своим очаровательным акцентом, выдающим в ней уроженку страны, давшей миру лучших кутюрье, лучшую кухню, а недавно еще и Эйфелеву башню.

„Когда-то я имела все, но ничего не имела, — сказала она. — Теперь я ничего не имею, но имею все, поэтому я не жалею о тех днях, когда мой покойный муж был жив. Никто не избавит мое сердце от боли утраты, теперь я навсегда одна! Теперь моя любовь — Искусство. Оно — мой бог, ему я поклоняюсь! "»

— Там много еще? — спросил Барсук, которого слова эти весьма взволновали явной фальшью. К тому же от них опять повеяло бедой.