Читаем Тотем (СИ) полностью

Тревожные вести о лютых гостях долетели в Лисбор с первыми птицами. Лисий народ славился своей мудростью и хитростью. Годами князья держали свою территорию, избегая бесполезных войн — всё решалось миром, словом, умом и с такой хитростью, что никогда ещё княжество сизых лесов не знало поражения или удара по своей гордости, по своим землям. Они жили в мире и благодарили за то своих Владык, своего Духа.

Услышав о приближении Росомах князь Лисбора без страха вышел им на встречу, но допустил ошибку, дав слово дочери. Кайра едва переступила тот порог, когда только-только из головы слишком юных созданий уходит ветер и зарождается осознание. Мудрость приходит с годами, с нажитым опытом. Владыка доверил судьбу целого княжества, по сути, ребёнку.

В этот раз всё могло решиться без лишнего кровопролития. Сам князь Росомах не желал войны, а обрести ещё большую силу в союзе — выгодный поворот для Торвара и его народа, но огромная любовь к дочери — единственной наследнице его рода, перевесила мудрость князя.

Юркой рыжей тенью между людей, столпившихся у ворот, бежала лиса. Она так быстро перебирала лапами, оставляя крохотные следы на припорошенной слабым снегом земле, будто боялась опоздать. На лисьей вытянутой морде эмоции читались так легко, будто в теле животного скрывалось сознание, недоступное зверям. Лисица фыркнула, стоило кому-то из толпы задеть пышный хвост, рыкнула и была такова. Она слышала каждое слово, доносившееся из-за ворот. Громоподобный голос князя Росомах, его громкие заявления и стремления променять войну на женитьбу.

Лисица выступила вперёд; ещё не видя её, Владыка Лисбора чуть укоризненно окликнул её по имени. Мало кому из пришлых гостей доводилось видеть дочь вождя, а сейчас к ним вышла рыжая лисица. Мелкая, хрупкая, с блестящей в солнечном цвету насыщенно-рыжей шерстью настолько холёной, будто купали её в масле.

И вот перед ними из неприметного на снегу зверька выросла и неспешно вышла навстречу дочь Торвара. Свита росомах затаила дыхание, глядя на лесное солнце, дерзко и бесстрашно ступившее перед ними. Вот уж Лисичка, рыжая краса! Встретившись чёрным взглядом с янтарными глазами девчонки, Сэт вздыбленным загривком почувствовал вызов, как безошибочно чует зверь надвигающийся пожар. Ещё за мгновение до того, как она заговорила, Сэт понял: он ошибался.

В несколько уверенных шагов она сократила расстояние до мужчины. Тень, следующая за ней, менялась на глазах и принадлежала больше не лисице — девушке. Своего внутреннего зверя Кайра любила больше, но даже так, окинув её взглядом, виднелась всё та же схожесть с её животным естеством. Густые огненно-рыжие волосы рассыпаются по тонким плечам тяжёлыми кудрями. Золотисто-карие глаза смотрят на мир с хитрой искрой — лисью сущность не скрыть.

Остановившись подле отца, девушка оценивающим взглядом окинула того, кто сватался. В её сердце не была страха, а та самоуверенность, с которой она ступала на родных землях, не соответствовала мощи воинов лисьего народа. Легенды и рассказы о предводителе Росомах не страшили её. Она видела перед собой грубого и неотёсанного мужлана, который пришёл к ней свататься под угрозой войны.

— Внутренний зверь — отражение души человека и его образа жизни, — её голос зазвучал звонко и громко; его слышали все воины, что пришли вместе с гостем, и люд за стеной Лисобора. — Как смеешь ты считать, что трупоеды вроде тебя способны сравниться с лисьим благородством?

Ошибался старый Лис, выведя говорить с Росомахами неразумную девчонку, которая в два слова сбросила в топку все надежды обоих сторон решить вопрос миром. Росомахам словно швырнули в лицо горячие угли — взревев, свита ощетинилась оружием; лисы в ужасе отпрянули от стен. Преданные телохранители метнулись между Росомахой и дочерью Лиса, закрыв её собой и оттеснив к воротам, а Сэт безмолвно поднял глаза на стоящего на стене Торвара. В лисьих глазах читался страх, в чёрных глазах Росомахи — обещание смерти.

Не навлеки на себя гнев Лесного Чернобога.

Знал ли лисий князь, чем обернётся его доверие дочери? Знал ли её дерзкий нрав избалованной вниманием девчонки, которая, не подумав, сделает глупость? Должен был. Мудрость подвела князя, уступив место сердцу. Чувства взыграли в нём, нарушая главное лисье правило: принимать решение с холодным сердцем. Он мог спасти сотни жизней, включая свою собственную. Удержать власть в руках и не потерять насиженного места под солнцем. Союз мог решить все проблемы. Стоило пренебречь чувствами и поступиться желаниями дочери.

Кайра позволила себе непростительную глупость. Оскорбить предводителя Росомах, даже не его подчинённого или правую руку. В присутствии его людей и народа Лисбора. Что могло быть хуже унизительной словесной пощёчины? Только то, что она повлекла за собой.