Читаем Тотем (СИ) полностью

Визэр не мешал ему. Он наблюдал за князем издалека, смотря на него как на воина, и почему-то не узнавал того мужчину, что видел перед собой в последнюю встречу. Они сражались друг против друга, сражались бок о бок, когда пытались спасти Кайру из рук Полоза. Так почему же этот воин казался ему незнакомцем? Подобием того сильного воина, каким его помнил Визэр? Или же его воспоминания с годами обросли надуманными на эмоциях образами? Или сам он настолько возгордился, что уже не считал князя росомах достойным себя противником?

Визэр смотрел и не мог понять.

Сэт разил мечом невидимого противника. В каждом его шаге ощущалась угасающая сила великого воина, который некогда навевал страх на другие княжества. Навевал на самого Визэра, который проиграл князю в поединке ещё до его начала. Рана, давно ставшая грубым шрамом, заныла и заколола, словно на острие меча князь росомах вновь нёс ему смертельный удар. Но то был мужчина из его воспоминаний. Крепкий духом и телом воин, который никогда и никому не проигрывал. Тот воин не мог выпустить меч из руки, а этот — мог.

Меч выскользнул из руки князя, словно Сэт не знал, как правильно сжимать рукоять, и потонул в снегу. Визэр подождал, пока Сэт, отдышавшись, примет действительность, в которой сила его духа продолжает угасать, и поднимет меч. Он не хотел показывать князю, что видел его слабость и как тот выронил меч из руки. Это слишком унизительно для славного воина, каким он был. Шанс уязвить чужую гордость показался Визэру дурным.

— Может, вместо сотрясания воздуха попробуешь победить меня? — предложил Визэр, ступая на снег.

Сэт бросил на него взгляд через плечо, и княжич медведей усмехнулся ему.

— А не боишься, что в этот раз я тебя всё же убью? — в словах росомахи не было настоящей угрозы, и не было ни той злости, ни той обиды ущемлённой гордости, которые он носил бы годами в ожидании настоящего отмщения дерзнувшему ему мальчишке. Визэр подумал, что Сэт догадался, что он видел как выронил меч, и принял это как знак если не дружбы, то взаимного уважения и поступком чести.

— А ты попробуй, — с той же широкой улыбкой парировал Визэр, оголяя меч, и стал в боевую стойку напротив.

Сэт усмехнулся и обернулся, принимая вызов. Взревев, князь росомах кинулся в бой, и мечи запели, встречаясь друг с другом. Визэр чувствовал, что росомаха не так ловок и быстр, как раньше, но как каждым своим ударом испытывал его, пытаясь понять, что изменилось за прошедшие годы. В слабость из-за старости он не верил. Здесь было что-то иное, и княжич хотел докопаться до правды.

Воины, достойные друг друга, сходились в поединке снова и снова. Они забавлялись, не заметив, как в один момент желание победы и поединок превратился в едва ли не потасовку двух лучших друзей. Не заметили, как на лицах появились улыбки, как смех стал чем-то простым и естественным в тон взаимному подтруниванию. И уж точно не заметили, как вслед за одним наблюдателем прибавилось ещё любопытных глаз.

Кайра держалась в стороне от Визэра и Сэта с тех пор, как ступила на земли Скогенбруна. Все мысли княжны, как она себя убеждала, занимала грядущая битва и благополучие её народа. Но мысли то и дело возвращались к прошлому, и она не заметила как сама остановилась на балконе, и как стала наблюдать за поединком двух таких разных, но определённо сильных духом мужчин. Она неосознанно теребила янтарное ожерелье на шее, не помня даже как оно показалось из-под одежды, когда так долго и старательно прятала его у самого сердца.

В последний раз она наблюдала за поединком медведя и росомахи пять лет назад. Они бились насмерть за право обладать ей, и с каждым ударом сердце княжны на мгновение замирало. Она вновь чувствовала себя той беспомощной девчонкой, которая боялась за жизнь каждого из них, и чей крик едва не стоил одному из воинов жизни. Заметив их во дворе дворца князя, она испугалась, и сама шагнула к краю, собираясь уже крикнуть, как слова застряли в горле. Она ещё помнила, чем обернулось её вмешательство в прошлый раз, а то, что она видела сейчас, — это не бой за её честь и свободу. Скорей всего мужчины даже не думали о ней, так отчего же она думает о них? Отчего не может отвести взгляда и уйти?

— Не бойся. Они не поубивают друг друга, — с улыбкой молвила Лаогера, и Кайра встрепенулась. Появление медведицы застало её врасплох, и она оглянулась.

Лаогера улыбнулась ей и подошла ближе. Теперь они обе смотрели на поединок, но каждая видела в нём что-то своё.